Сага о Копье: Омнибус. Том I

Хума уже еле сдерживал отчаянный напор гоблинов. Над его головой пролетела стрела… вторая…

Вдруг воздух задрожал от воя.

Кто-то прыгнул на коня Хумы. Рыцарь увидел зверя, формой тела напоминающего волка, но только формой — бледное тело зверя было голым, как будто с него содрали шкуру. Желтые клыки, с которых стекала слюна, были длиной с палец Хумы, и были они остры, как иглы. Конь Хумы заржал и помчался с поля боя, не подчиняясь наезднику, сидящему на нем. Зверь взвыл снова где-то позади. Хуме оставалось только, сжав поводья, цепко держаться в седле. По мере того как обезумевший конь все дальше уносил всадника в обугленный лес, звуки боя затихали.

Что могло так напугать испытанного боевого коня? Несомненно, какой-то неведомый зверь.

Когда конь выбрался из леса и земля неожиданно — как показалось рыцарю — разверзлась перед ним, сознание Хумы померкло.

Глава 2

Было темно, когда Хума пришел в сознание. Лунитари была на ущербе, она слабо блестела, придавая всему вокруг темно-красный оттенок. «Как кровь», — подумал Хума и тут же спросил себя: если Лунитари на ущербе, то какая из остальных лун сейчас растет? Солинари не было видно. Если же сейчас на небе нарождается Нуитари, то об этом он не узнает. Никто не видел темную луну — никто, кроме магов Черной мантии, поклонявшихся темной силе. Темная луна невидима для простых людей и, может быть, даже для магов Белой и Красной мантии.

Сознание Хумы все более прояснялось, и он стал осмысливать, что с ним случилось. Под ним лежала лошадь, ее шея была сломана при падении. Прочный панцирь доспехов и тело лошади спасли рыцаря от гибели.

Он попытался встать, но вновь потерял сознание. Доспехи, видимо, не помогли избежать сотрясения мозга. Какое-то время он ждал, пока голова снова не станет ясной, потом осмотрелся вокруг. По-видимому, здесь раньше, когда дожди шли более часто, была река. Глубина оврага раза в четыре превышала рост Хумы. Этого было достаточно, чтобы конь, даже такой сильный, как его, разбился.

Противоположный берег бывшей реки был весьма далеко. Судя по чахлой растительности, река высохла давным-давно, возможно в начале войны, когда Королева Драконов одержала быструю и решительную победу над борцами за дело Паладайна.

Хума сделал новую попытку встать. Он заметил, что боль, если он не поднимал резко голову или не опускал ее слишком быстро, стала вполне переносимой. Избегая резких движений, он поднялся на ноги.

— О боги! — вырвался у него возглас, когда он подумал, что попал на вражескую территорию.

Должно быть, все решили, что он мертв, а возможно, сочли трусом, убежавшим с поля боя…

Сгущался туман, он словно прикасался к телу рыцаря холодными и легкими, как перышки, пальцами.