Сага о Копье: Омнибус. Том I

Но он же не другие! Долг чести велел ему исправить причиненный ущерб, и Мерканиин извлек средства сделать это из самой глубины своей души.

«Я должен позаботиться об этом ребенке. Я должен вырастить его. У Дамирнии это должно получиться». Рыцарь знал, что его жена никогда раньше не видела драконов, но она заботилась о самых разных животных.

— Моя честь — это моя жизнь, — прошептал Мерканиин, однако слова перестали вести его за собой.

Эта потеря испугала рыцаря, и он почувствовал себя абсолютно одиноким — впервые с тех пор, как началось его рыцарское обучение. Жизнь Мерканиина состояла не только из того, чтобы быть Соламнийским Рыцарем. Оставалась еще Дамирния, если только она будет милосердна и примет назад столь недостойного супруга — а теперь еще и с детенышем серебряного альбиноса. Мерканиин не был уверен, что это укладывается в одни рамки с его представлениями о чести, не был уверен, стоит ли это делать, — слишком многие, включая самых стойких приверженцев справедливости, обращали внимание только на внешнюю сторону вещей.

Но умирающий серебряный дракон возложил на него ответственность, которую рыцарь не осмелился бы доверить никому другому. Найдутся те, кто воспользуются его присутствием в доме, чтобы оскорбить рыцарей, — те, кто посчитают связь с «белым» драконом доказательством того, что Рыцари Соламнии вступили в союз со Злом, что они достойны презрения, изгнания и даже смерти. И среди самих рыцарей многие не поверят ему и даже не станут слушать объяснений. По-видимому, от такой же судьбы страдал дракон: злые презирали его за то, что он добр, а добрые — всего лишь за внешний вид.

Мерканиин вернулся к входу, придумывая и отвергая один за другим возможные способы перенести детеныша дракона к фургону, взятому для тела его родителя. Теперь, впервые за то время, как его одержимость честью и славой сыграла с ним злую шутку, рыцарь покраснел от одной мысли о том, чтобы выставлять напоказ свою добычу и геройство: «Моя победа обернулась позором, постыдным поступком, достойным сожаления. Я выбрал нелегкий путь, однако даже так не смогу искупить вину. Но, в конце концов, — с надеждой подумал он, — моя честь обретет другую цель, а не просто исчезнет».

Мерканиин снял латные рукавицы и шлем, затем вошел внутрь драконьей пещеры.

Дуглас Найлз

Легкая пожива

— Нападем, когда за ними будет река — удобнее убивать, — прорычал Чалтифорд. Его бочкообразная грудь возбужденно вздымалась.

— Да, глупо ехать здесь, — согласился Делмаркиам Мастер Сечи, вождь племени Чалтифорда.

Два людоеда стояли на поросшем травой валу, разглядывая речную пойму. Вереница вооруженных всадников — разведывательный отряд Соламнийских Рыцарей — ехала по ближнему берегу, неуклонно продвигаясь вниз по течению.