Сага о Копье: Омнибус. Том I

Иоланта решила немного потянуть время:

— Ты спрашивал его, милорд, зачем он явился?

— Мы знаем ответ, — произнес Ночной Властелин, награждая ее кислым взглядом, — так же, как знаешь его и ты.

Страх мурашками пополз по телу Иоланты, липкими пальцами сдавил шею. Ариакас был далеко от Нераки. Он надолго отправился в свою штаб-квартиру в Оплоте и, если верить слухам, упустил победу из рук. Значит, Ночной Властелин мог стать гораздо более смелым. Он давно предъявлял права на Корону Власти, возможно, Такхизис тоже начала склоняться к этому.

Иоланта должна была понять, что за чудовище, готовое к нападению, прячется в тенях.

— Не понимаю, на что ты намекаешь, — холодно бросила она и повернулась к молодому магу. — Зачем ты прибыл в Храм Такхизис?

— Я уже неоднократно говорил милорду: чтобы оказать дань уважения Ее Темному Величеству, — ответил Рейстлин.

«Это правда!» — с изумлением поняла Иоланта. Она услышала уважение в его голосе, когда маг говорил о Владычице Тьмы, уважение, которое не было рабским, притворным или небрежным. Уважение, исходящее из глубин сердца, а не вызванное опасением наказания или пыток. Какая изумительная ирония! Рейстлин Маджере был, вероятно, единственным человеком в Нераке, кто еще испытывал подобные чувства к Королеве Такхизис. И за это ее верные слуги собирались казнить его.

Словно отвечая на ее мысли, Ночной Властелин фыркнул:

— Он лжет! Он простой шпион.

— Шпион? — переспросила изумленная Иоланта. — Но чей он шпион?

— Шпион Конклава. — Последнее слово Повелитель Ночи прошипел с насмешкой.

Иоланта нахмурилась:

— Уверяю тебя, Ложа Черных Мантий посвящает себя лишь служению Королеве Такхизис.

Ночной Властелин улыбнулся. Он редко улыбался, а когда делал это, его улыбка для кого-то служила самым дурным предзнаменованием. Рядом заулыбался Арбитр.

— Очевидно, тебе еще не сообщили. Кажется, глава вашей Ложи, архимаг Ладонна, предала нас, выступив против Королевы. И в этом ей помог Бог Нуитари. Конечно, Ладонна была поймана и казнена, а Нуитари просил прощения за свои ошибки и вернулся под руку своей матери. Все бы хорошо — но есть одна неувязка…

Иоланта ощутила, как теперь страх крепко сдавил ее горло. Она была точно уверена, что Ночной Властелин лжет, но необходимо было разыгрывать полное незнание.

— Я ничего этого не знала, — сказала ведьма, стремясь выглядеть спокойной. — Могу заверить тебя, Ночной Властелин, в моей верности. Если Конклав порвал с Темной Королевой, я немедленно порву все отношения с Конклавом.

Ночной Властелин фыркнул. Он явно не верил ей. Но тогда зачем вызвал? Он явно знал меньше, чем хотел показать."

"Иоланта затянула велеречивое прославление Такхизис. И все время, пока слова текли рекой, она думала.