Сага о Копье: Омнибус. Том I

— Бездельники! — восклицал уже не раз Рейстлин, проталкиваясь сквозь толпу на улице или, скорее, увертываясь от толчков и едва успевая отскочить в сторону от кривобокой телеги, едва не раздавившей мага.

Если бы на нем были красные одежды, отмечавшие его ранг мага, все жители Палантаса старались бы избежать встречи с ним, поспешно расступаясь и разглядывая, но лишь краем глаза. Но одетый в простую серую мантию эстетика из Великой Библиотеки Палантаса, Рейстлин оказался затертым в самом центре бурлящей толпы.

Жители города не любили магов — красных ли, занимавших нейтральную позицию в этой войне, или белых, стоящих на стороне Света. Обе Ложи уже давно трудились над возвращением металлических драконов на Ансалон. Глава Конклава Пар-Салиан представлял, какой удар под ложечку императору Ариакасу нанесут серебряные и золотые крылья, блестящие в лучах весеннего рассвета. Первый удар, способный проникнуть сквозь его броню из драконьей чешуи.

На протяжении всей войны крылья злобных драконов Такхизис закрывали небеса. Теперь же облака Кринна засияли очищающим светом, а император с Королевой получили повод понервничать.

Люди в Палантасе не знали о трудах магов по их защите и никогда не поверили бы, расскажи им кто-нибудь об этом. По их мнению, хорошие маги являются таковыми, только если живут где-нибудь за пределами Палантаса.

На Рейстлине Маджере не было красной мантии, потому что она была свернута в узелок, который он нес в руке. Серую одежду маг «позаимствовал» у одного из монахов Великой Библиотеки."

"Позаимствовал. Размышления об этом слове наводили на мысли о Тассельхофе Непоседе. Беззаботный и легкомысленный кендер никогда ничего не крал. Когда Таса ловили с присвоенным добром, он утверждал, что просто «позаимствовал сахарницу», «споткнулся об оставленные серебряные подсвечники» или «спешил вернуть изумрудное ожерелье». Этим утром Рейстлин наткнулся на мантию эстетика, лежащую аккуратно свернутой на кровати. Маг считал, что обязательно возвратит ее через день или два.

Большинство людей, поглощенных спорами, не обращали на него никакого внимания, пока Рейстлин пробирался по заполненным улицам. Но некоторые граждане останавливали его, интересуясь мнением Астинуса о появлении металлических драконов Света.

Рейстлин не знал и не хотел знать, что думает по этому поводу Астинус. Надвинув капюшон пониже, скрывая золотисто мерцающую кожу и зрачки в форме песочных часов, он бормотал извинения и спешил дальше. Он напрасно понадеялся, что рабочие в это время будут заняты делом, а не станут прохлаждаться и чесать языками на улицах.

Напрасно он вспомнил Тассельхофа. От кендера мысли Рейстлина плавно перетекли к друзьям и брату. Точнее, к покойным друзьям и покойному брату.