Сага о Копье: Омнибус. Том I

Повелительница подняла руку в перчатке… Что это было? Команда дракону — или последнее «прости» Танису Полуэльфу?.. Он так этого и не узнал. Надтреснутый голос перекрыл рев и завывание бури.

— Китиара! — неожиданно громко выкрикнул Рейстлин.

Отпихнув Карамона в сторону, хилый маг побежал по палубе навстречу дракону. Ветер, усиливавшийся с каждым мгновением, пузырил его алые одеяния. Вот особенно сильный порыв сорвал с его головы капюшон. Влажно блеснула металлически-желтая кожа, засветились в штормовой тьме золотые глаза…

И Повелительница сгребла дракона за жесткую гриву и так рванула его вверх, что Скай протестующе рявкнул. Потрясенно смотрела Китиара на единоутробного брата, которого вырастила с колыбели… Потом рядом с близнецом появился и Карамон.

— Китиара?.. — прошептал он задушенным голосом, бледнея от ужаса при виде всадницы на синем драконе, который парил над ними, оседлав шторм.

Голова в маске поворачивалась из стороны в сторону. Вот опять посмотрела на Таниса… потом на Берема… Полуэльф затаил дыхание. Он видел, что за буря неистовствовала в ее душе.

Вот он, Берем. Но, чтобы добраться до него, ей придется своими руками убить меньшого братишку, которого она сама выучила обращаться с мечом. Придется уничтожить его тщедушного близнеца, которого она когда-то отстояла от смерти. Ей придется убить мужчину, которого она, пускай давным-давно, но все же любила…

Однако потом ее взгляд снова стал ледяным, и Танис, отчаиваясь, покачал головой. Ее не остановит ничто. Она убьет и близнецов, и возлюбленного. «Если мы схватим Берема, — вновь вспомнились ему слова Китиары, — весь Кринн падет к нашим ногам. А Темная Владычица осыплет нас милостями, превосходящими всякое вероятие…»"

"…Китиара указала рукой на Берема и выпустила гриву дракона. Скай издал кровожадный вопль и приготовился к броску вниз. Но судьба распорядилась так, чтобы миг замешательства, дорого обошелся Китиаре. Стоически не обращая внимания на кружившегося дракона. Берем направлял корабль все дальше и дальше в глубь Кровавого Моря, к самому сердцу Вечного Шторма. Ревел ветер, обрывая снасти. Волны перекатывались через палубу. Дождь полосовал, словно ножом, а град смерзался на палубе, постепенно одевая ее льдом. И Скай вдруг обнаружил, что против подобного были бессильны даже его могучие крылья. Невероятный порыв ветра швырнул его в сторону. Потом еще и еще. Крупные градины барабанили по голове и угрожали прорвать перепонки крыльев. Лишь несгибаемая воля всадницы удерживала испуганного дракона, готового рвануться из грозовой круговерти в иные, менее опасные небеса.