Сага о Копье: Омнибус. Том I

Ни тебе плюща, лезущего под ноги, ни колючих кустов, царапающих одежду… Наверное, лес загорелся от молнии: не иначе, все та чудовищная гроза, что бушевала здесь прошлой осенью…

Тропа, однако, тянется и тянется бей конца и начинает надоедать мне. Сестра ошиблась: тропу протоптали не звери. Человеческая это тропа. И старинная к тому же. Так что не будет у нас нынче на ужин свежего мяса…

Все-таки идем дальше. Солнце высоко стоит в небе. Я устал и проголодался. Кругом не видно ни единого живого существа.

«Пошли домой, сестренка! Тут ничего нет!»

Она останавливается и вздыхает. Ей тоже жарко; я вижу, что она устала и отчаялась. Какая она худенькая! Слишком много работает — ей приходится делать и женские дела, и мужские. Вот и сегодня она охотится в лесу вместо того, чтобы сидеть дома и выслушивать нежные признания ухажеров. Она кажется мне красивой. Люди говорят, будто мы с ней похожи, но я-то знаю, что это не так. Просто мы с ней гораздо ближе друг другу, чем иные братья и сестры. Нам с ней поневоле приходится держаться друг за дружку: больно тяжела жизнь…

«Похоже, ты прав. Берем, — говорит она. — Ни следа не видать… Хотя погоди, братик! Что это?.. Там, впереди!»

Тут и я замечаю впереди какое-то трепещущее сияние, разноцветную радугу, пляшущую в воздухе, — ни дать ни взять все самоцветы Кринна сложили в корзинку и позабыли на залитой солнцем поляне.

У сестры округляются глаза:

«Врата Радуги!..»

«Ха-ха! Что за девчоночьи глупости!»

Я смеюсь, однако бегу следом за ней. Ее нелегко догнать: я, конечно, гораздо выше и сильнее ее, зато она проворна, как олененок."

"И вот мы выбегаем на поляну. Если молния в самом деле поразила лес, должно быть, громовая стрела ударила именно сюда. Земля кругом разворочена и сожжена. Передо мной развалины какого-то здания: изломанные колонны торчат из обугленной земли, точно перебитые кости, выпирающие из тронутой тлением плоти. Тяжелая, давящая тишина висит над поляной. Ничто не растет здесь — и не росло вот уже множество весен. Я хочу бежать прочь… но не могу.

Ибо перед моими глазами — великолепное, прекрасное зрелище. Оно прекрасней всего, что я видел в своей жизни, всего, о чем мечтал. Передо мной — обломок колонны, сплошь усыпанный драгоценными камнями! Я ничего не смыслю в камнях, но вижу с первого взгляда, что им поистине нет цены. Меня охватывает дрожь. Я спешу вперед и, встав на колени перед обломком, принимаюсь очищать его от грязи и пыли.

Сестра опускается на колени подле меня.

«Смотри, Берем! Разве не чудо? В таком жутком месте — и такие прекрасные камни… — Она оглядывается кругом, и я чувствую, что ее тоже начинает трясти. — Как ты думаешь, что здесь было раньше? — продолжает она.