Сага о Копье: Омнибус. Том I

— Господин, еще нет и полудня! Вскоре после того, как ты уединился в Башне для медитации, на город опустилась завеса тьмы. Я сразу же пошел известить тебя, но двери Башни запечатала неизвестная сила! Мы обезумели от ужаса. Внезапно, несколько минут назад, двери широко распахнулись.

Кит- Канан расправил помятую одежду и пригладил рукой волосы. Мысли стремительно проносились в мозгу. Казалось, все в башне было в порядке. Ни следа Хиддукеля. Он глубоко, с облегчением вздохнул и приказал:

— Пойдем посмотрим, как там дела, и затем успокоим жителей.

Они направились к выходу, Кит-Канан старался шагать уверенно, насколько ему позволяли натянутые нервы и трясущиеся колени. Таманьер с лампой спешил следом. Гвардейцы у дверей выставили оружие и покорно ожидали приближения Пророка. Огромные двери были открыты.

Кит- Канан остановился на широком гранитном пороге. Снаружи царила кромешная тьма, казалось, было темнее, чем обычной ночью. Хотя Таманьер Амбродель и несколько воинов несли факелы, Кит-Канан едва различал ступени лестницы. Казалось, свет поглощается черным, как смоль, туманом. В темноте не видно было огней, хотя обычно отсюда как на ладони открывался весь Квалиност. Небо было черным — ни лун ни звезд.

— Говоришь, это произошло сразу, как я вошел в башню? — коротко спросил Кит-Канан.

— Да, господин, — ответил кастелян.

Кит- Канан кивнул. Может, это дело рук Хиддукеля, средство принудить его вступить в отвратительную сделку? Нет, не похоже. Бог Сломанных Весов — обманщик, но не вымогатель. Жертвы Хиддукеля сами попадаются в свои собственные сети. И тем слаще их мучения для нечестивого бога.

— Очень странно, — произнес Кит-Канан своим самым царственным тоном, — И все-таки не похоже, чтобы это представляло опасность, это просто запугивание. Заключенный по-прежнему в Башне Аркубаллиса?

Нет нужды трепать имя принца. Один из гвардейцев выступил вперед:

— Я могу ответить, господин. Я как раз был в башне, когда наступила темнота. Лейтенант Меритинос решил, что это, наверное, заговор с целью освободить пленника. Однако таких попыток не последовало, Высочайший.

— Это колдовство — не дело рук смертного, — заметил Кит-Канан.

Он махнул рукой в сторону тьмы, словно ожидая, что она испачкает его. Но ничего не произошло. Темнота, казавшаяся такой плотной, была совсем неощутимой, даже не чувствовалось сырости, как бывает во время тумана.

— Прикажи Меритиносу привести заключенного в мой дом, — быстро велел Кит-Канан. — И никого к нему не пускайте, пока я не вернусь.

— Куда ты собираешься, господин? — смущенно и неуверенно спросил Таманьер.

— Хочу поговорить с народом, успокоить его.

Один, с факелом в руке, Кит-Канан покинул Башню Солнца.