Сага о Копье: Омнибус. Том I

Голос у него был мелодичный, как у всех эльфов. Руки с тонкими пальцами, лежавшие на ее коленях, казались изнеженными, но, оттолкнув его изо всех сил, Китиара не смогла освободиться от их железной хватки. Она металась из стороны в сторону в ужасных муках. Внезапно женщина заметила, что ноги стали понемногу розоветь. Страшный холод, который, казалось, проморозил ее до самых костей, начал отступать, боль утихла.

Китиара расслабилась и откинулась на спинку стула.

— Ты сказал, что эта вода обладает целебными свойствами. Вода святая? Это ваше творение?

— Не притворяйся, — ответил Феал-хас. Он убрал руки с коленей Китиары и выпрямился перед ней: высокий, худой, в белых одеждах. — Ты здесь для того, чтобы потребовать что-то у меня или выманить желаемое с помощью лести. В любом случае ты постаралась разузнать обо мне. Догадываюсь, что преуспела ты не особенно. — Его серые глаза сверкнули. — Однако тебе должно быть известно, что я маг, а не жрец."

"Китиара открыла рот, но снова закрыла. Все, что он сказал, было правдой. Она прибыла сюда за Оком Дракона; перед тем как пуститься в путь, Кит наводила об эльфе справки и действительно смогла узнать очень немногое. Наверняка она знала только то, что он был темным эльфом и магом.

— Что же до воды, Повелительница… — начал Феал-хас.

— Ох, давайте оставим эти формальности, — предложила Китиара, одарив своего собеседника обворожительной улыбкой — Мои солдаты называют меня Темной Госпожой, а для друзей я просто Китиара.

— Это вода из источника, бьющего во дворе Замка, Повелительница, — сказал он, делая ударение на последнем слове, в его глазах сверкнула ироническая усмешка. — Не будучи жрецом, я не знаю, какое Божество благословило эту воду, хотя и осмелюсь поделиться своей догадкой. До наступления ледника этот Замок стоял на острове. Фонтан — символ возрождения и, вероятно, был даром Бога-Рыбака Хаббакука.

Китиара пошевелила пальцами в тазу. На самом деле ей было совершенно все равно, что за Божество исцелило ее. Просто ей необходимо было как-то завязать беседу, понять, кто перед ней.

— Не представляю, как нормальный человек может жить в таком ужасном месте, — заметила она, вытирая ноги, осторожно поднялась и принялась ходить по комнате, чтобы поскорее восстановить циркуляцию крови. — А ведь ты эльф. Твой народ проводит дни, сочиняя сонеты траве. Эльфы плачут, когда приходится срубить дерево. Должно быть, ты ненавидишь эту пустыню, Феал-хас.

— Повелитель Феал-хас, — холодно поправил он. — Напротив, я живу здесь со времен Катаклизма. Это мой дом — и я успел приспособиться к здешним суровым условиям. Недавно я побывал на своей родине, в Сильванести. Жара показалась мне невыносимой. Я не мог продраться сквозь буйную растительность.