Сага о Копье: Омнибус. Том I

 — Гунтар крепко сжал ее руку, заставляя девушку наклониться поближе, и почти прошептал: — Я не могу доверить этого Микаэлу! Я вообще ни одному из рыцарей этого доверить не могу! Дерек, скажем так, выбит из седла, но турнира еще не проиграл. Мне нужен кто-то, кому я мог бы доверять безраздельно! Кто-нибудь, кто знает истинную цену Дереку и притом всей душой болеет за Стурма!

— Я болею за Стурма, — спокойно сказала Лорана. — И притом гораздо больше, нежели за Рыцарство.

— Правильно, госпожа, только запомни, — заметил Гунтар, поднимаясь с кресла и целуя ей руку, — у Стурма один свет в окошке — Рыцарство. Как ты думаешь, что с ним будет, если вдруг оно рухнет? А если Дерек перехватит бразды?..

В конце концов Лорана согласилась ехать, — что Гунтар и предвидел с самого начала. Но чем ближе придвигалось время отъезда, тем чаще посещало ее дурное предчувствие: вот она уезжает в Палантас, проходит несколько часов — и на острове появляется Танис. Сколько раз она готова была отказаться! Но тут же представляла себе, с каким лицом она встанет перед Танисом и расскажет ему, что отказалась поехать к Стурму и предупредить его об опасности. Только это и удержало ее от поспешных поступков. Это — и ее отношение к Стурму.

Зато одинокими ночами, когда сердце ее рвалось к Танису, а руки жаждали его объятий, Лоране снова и снова мерещилась подле него та женщина с темными курчавыми волосами, огненными карими глазами и обворожительной лукавой улыбкой. И душа ее не знала покоя.

Друзья мало чем могли утешить Лорану. Элистан, тот и вовсе уехал, когда эльфы прислали гонца, прося его срочно прибыть к ним, желательно — в сопровождении представителя Рыцарей. Для долгих прощаний не было времени. На другой же день по прибытии гонца Элистан и с ним сын государя Альфреда — серьезный, задумчивый юноша по имени Дуглас — отправились на Южный Эргот. Проводив наставника, Лорана почувствовала себя как никогда одинокой…

Ждало расставание и Тассельхофа.

Вышло так, что в суете, вызванной появлением Копья, все как-то позабыли бедного Гноша и его Цель Жизни, тысячи блестящих осколков которой валялись в траве. Все — но только не Фисбен. Поднявшись, старый маг покинул подножие расколотого Белокамня и подошел к потрясенному гному, в полном отчаянии взиравшему на обломки Ока.

— Ну-ну, сынок, — сказал Фисбен. — Это еще не конец света.

— Ты так думаешь? — спросил Гнош, от горя утративший всю свою гномскую болтливость."

"— Ну конечно же! Все зависит от точки зрения, не так ли? Вообрази: перед тобой единственная в своем роде возможность изучить Око… с изнанки!

У Гноша стали разгораться глаза.

— А ведь ты прав, — сказал он, подумав.