Сага о Копье: Омнибус. Том I

"

"— А что ты будешь делать после того, как похоронишь отца? — спросил Танис, оставшись наедине с Эльханой на ступенях Башни.

— Вернусь к своему народу, — отвечала она. — Я вызову грифонов — ведь зло изгнано из нашей страны, — и они отнесут меня на Эргот. Мы сделаем, что сможем, для победы над тьмой. А потом вернемся сюда, на свою родину.

Танис еще раз обвел взглядом Сильванести… Даже днем здесь у кого угодно встали бы волосы дыбом от страха, а уж по ночам…

— Я знаю, — сказала Эльхана, отвечая на его невысказанную мысль. — Это станет нашим покаянием.

Танис поднял брови: он знал, какая борьба ей предстояла, если она в самом деле собиралась убедить свой народ возвратиться в родные места. Но лицо Эльханы дышало такой уверенностью в своей правоте, что он задумался и решил: а что, может быть, она и сумеет…

Он улыбнулся и сказал ей:

— Если выберешь время, приезжай на Санкрист. Рыцари, я уверен, восприняли бы такой визит как величайшую честь. В особенности один из них…

Бледные щеки Эльханы ярко зарделись.

— Возможно, — почти прошептала она. — Возможно. Но определенно сказать я еще не могу. За эти дни я столько узнала о себе самой… Но чтобы сжиться со всем этим, мне понадобится время… — Она покачала головой и вздохнула. — Не знаю, смогу ли я привыкнуть когда-либо…

— К тому, что полюбила человека?

Эльхана подняла голову — ее чистые глаза глянули Танису в самую душу.

— Но будет ли он счастлив, Танис? Вдали от своей родины — ведь я непременно должна буду вернуться сюда? Буду ли счастлива я — ибо он состарится и умрет, а для меня к тому времени еще не минует юность?..

— Мне и себя самого доводилось об этом спрашивать, Эльхана, — сказал Танис, с болью вспомнив о Китиаре. — И я понял одно: если мы отказываемся от дарованной нам любви, если мы отвергаем ее из боязни будущих потерь — это значит, что тем самым мы опустошаем свои жизни и обрекаем себя на еще горшие утраты…

— Когда мы впервые встретились с тобой, Танис Полуэльф, я все думала — и почему это твои спутники так охотно следуют за тобой, — тихо проговорила Эльхана. — Теперь я, кажется, понимаю… Я обдумаю твои слова, Танис. А теперь прощай — прощай до тех пор, когда будет завершено твое странствие.

— Прощай, Эльхана, — ответил Танис и взял ее протянутую руку. Больше им нечего было сказать друг другу. И он, повернувшись, зашагал прочь.

И думал, шагая: если я такой мудрый, что же я в своей-то собственной жизни никак не могу разобраться?!

Друзья поджидали Таниса на краю чащи. Какое-то время они молча стояли все вместе, никак не решаясь войти в зловещие леса Сильванести. Они знали, что зло было изгнано, но перспектива не радовала никого. Тем не менее выбора у них не было. Знакомое ощущение необходимости спешки гнало их вперед.