Сага о Копье: Омнибус. Том I

Танис был немало наслышан о чудесах и красотах древнейшей Родины Эльфов — притом что эльфы Квалинести без особого сожаления говорили о стране, оставленной ими когда-то. Они не тосковали по утраченным чудесам Сильванести: напротив, те превратились для них в настоящий символ различий, возникших между двумя эльфийскими племенами.

Эльфы Квалинести жили в согласии с природой, предпочитая своим искусством дополнять и подчеркивать ее совершенство. Они возводили свои жилища, меж стройных осин, волшебным образом покрывая их стволы золотом и серебром. Сами же их дома были сложены из мерцающего розового кварца, и дикой природе вовсе не возбранялось жить с ними бок о бок."

"А вот народу Сильванести были более по душе разнообразие и неповторимость. И поскольку, по их мнению, этих качеств окружающему миру явно недоставало, они его переделывали на свой вкус. Терпения, как и времени, у них было в достатке, ибо что такое столетие для эльфа, чей век измеряется многими сотнями лет? Не мелочась, они переделывали целые леса, пересаживая и заботливо подстригая деревья, превращая дикие дебри в невообразимо прекрасные, фантастические сады.

Понятия «возводить дом» у них также не существовало. Свои жилища они скорее ваяли, придавая мраморным скалам, которыми изобиловала их страна, столь удивительные и странные формы, что даже гномы, непревзойденные мастера, отправлялись в тысячемильные путешествия только затем, чтобы на них посмотреть, — благо было это в те времена, когда народы Кринна еще не затворялись один от другого. И, если верить легендам, люди, забредшие в чудесные сады Сильванести, не находили в себе сил их покинуть: так и оставались в них навсегда, плененные магией красоты.

Обо всем этом Танис, разумеется, знал лишь понаслышке, ибо со времени Братоубийственных Войн никто из племени Квалинести на древней прародине не бывал. А уж людей, по слухам, в Сильванести перестали пускать еще за сотню лет до того.

— Я слышал, — сказал Танис Эльхане, пролетая на спине грифона над вершинами осин, — что люди, забредшие в Сильванести, не могут выйти назад, очарованные красотой твоей родины. Я начинаю беспокоиться за своих друзей…

Эльхана оглянулась через плечо.

— Я всегда знала, что люди слабы, — сказала она холодно. — Однако это уже что-то новенькое!.. Люди вправду не приходят более в Сильванести, но лишь по той причине, что мы их не пускаем. Удерживать кого-либо из них у себя мы ни за что бы не стали. Более того: заподозри я, что кто-то из вас возжелает остаться, — я не позволила бы ему проникнуть в нашу страну.

— И даже Стурму? — не удержался он от вопроса, задетый ее тоном. Знать бы ему, каков будет ответ. Эльхана обернулась так резко, что ее длинные черные волосы больно хлестнули его по щекам.