Сага о Копье: Омнибус. Том I

Он опустил взгляд, уверенный, что постыдные чувства ясно отразились у него на лице. Во имя богов, это же супруга его брата! Как может он так предавать брата, как может думать о ней так, желать ее!

Кит бросил быстрый испытующий взгляд на Ситаса и увидел, что все внимание брата поглощено ребенком. Герматия, однако, поймала его взгляд, и в глазах ее сверкнул огонь. Что здесь происходит? Внезапно Кит-Канан почувствовал одиночество и страх.

— Вы, должно быть, очень счастливы, — смущенно произнес он.

Никто не ответил, но супруги взглянули на Ванести, и в этом взгляде соединилась их любовь и гордость.

— А теперь пора заняться делами, — обратился Ситас к брату. — Войной.

Кит вздохнул:

— Я знал, что речь рано или поздно зайдет о войне, но все же нельзя ли отложить это ненадолго? Я бы хотел сначала повидаться с матерью.

— Конечно. Как глупо с моей стороны, — согласился Ситас.

Если Пророк и заметил то, что, по мнению Кит-Канана, читалось у него на лице, то не подал и вида. Он слегка понизил голос:

— Она у себя в комнатах. Она будет очень рада видеть тебя. Думаю, это как раз то, что ей нужно.

Кит- Канан удивленно взглянул на брата, но Ситас не стал развивать свою мысль и направил разговор в другое русло:"

"— Я приказал принести в мои апартаменты охлажденного Талианского белого. Я хотел бы услышать обо всем, что произошло с начала войны. Приходи ко мне после того, как поговоришь с Нириканой.

— Хорошо. У меня есть что рассказать тебе, и я в свою очередь хочу узнать, как идут дела в городе.

Кит- Канан вслед за Ситасом покинул детскую, осторожно притворив дверь. Прежде чем закрыть ее, он обернулся и увидел, что Герматия прижимает к груди младенца. Женщина внезапно подняла голову и впилась взглядом в глаза Кит-Канана — между ними словно возникла связь, и ему пришлось сделать над собой усилие, чтобы разорвать ее.

Двое эльфов, лидеры нации, безмолвно шли по длинным коридорам дворца Квинари. Достигнув комнат их матери, Кит остановился, а Ситас молча продолжил путь.

— Войдите, — ответил знакомый голос на его негромкий стук.

Толкнув дверь, Кит увидел Нирикану в кресле у открытого окна. Поднявшись, она сжала его в объятиях так крепко, словно не хотела отпускать.

Кит- Канан поразился тому, как сильно постарела его мать, и ему стало еще страшнее, когда он вспомнил о долголетии эльфов. Нирикана достигла лишь среднего возраста, и до старости ей оставалось еще несколько сотен лет активной жизни.

Но лицо ее, осунувшееся от тревог, седина, посеребрившая волосы, напомнили Киту о его бабке, какой та была за несколько лет до смерти. Это открытие глубоко огорчило его.

— Садись, матушка, — тихо попросил Кит, подводя ее обратно к креслу. — Ты здорова?

Нирикана взглянула на него, и сын с трудом выдержал этот взгляд.