Сага о Копье: Омнибус. Том I

— Боишься оказаться со мной рядом? — усмехнулась Герматия, в первый раз встретившись с ним взглядом. — Когда-то это было твое любимое место.

— Давай не будем ворошить прошлое, — ответил Кит-Канан, держась на расстоянии. — Все позади, с этим покончено.

— Правда? — Глаза ее, как когда-то, завораживали его.

Принц ощущал ее волнующее присутствие, близко-близко от себя. Кто мог бы, находясь рядом с ней, остаться равнодушным к этой огненной красоте? Однако Кит-Канан больше не любил ее; он был уверен в этом.

— Я был женат, — многозначительно заметил он.

— Да, я слышала об этом вчера вечером. Твоя жена умерла, так ведь?

Нет, лишь стала другой, подумал он, но вслух произнес:

— Да, умерла.

— Я много думала о тебе, Кит, — мягко проговорила Герматия. — Чем больше проходило времени, тем сильнее я тосковала по тебе.

— Ты забываешь, Тиа; я просил тебя бежать со мной — а ты отказалась.

Она сжала его руку, воскликнув:

— Я была глупа! Я не люблю Ситаса. Ты должен это знать.

Рука Герматии была нежной и теплой, но Кит-Канан высвободился.

— Он твой муж и мой брат, — ответил принц.

Не услышав предупреждения в его голосе, она прижалась к его груди.

— Он лишь твоя бледная копия, как принц… и как любовник, — горько призналась Герматия.

Кит-Канан отошел от скамьи."

"— Я не собираюсь предавать его, Тиа. Я не люблю тебя, и ты должна с этим смириться.

— Но я тебя люблю! — По щеке женщины скатилась слезинка.

— Если это правда, мне жаль тебя. С тех пор как мы расстались, прошло много времени, я начал новую жизнь. Я больше не тот упрямый молодой дурачок, каким был когда-то.

— И я тебе совершенно безразлична? — спросила Герматия с болью в голосе.

— Да, — правдиво ответил Кит-Канан. — Ты мне совершенно безразлична.

Мимо, среди лабиринта живой изгороди, промелькнул один из гномов — слуг Дунбарта.

— Великий принц! — задыхаясь, позвал он. — Пророк собирает заседание.

Кит-Канан ушел, не оглядываясь на Герматию, хотя и слышал за спиной ее рыдания.

Когда его шаги стихли, Герматия, крепко зажмурившись, смахнула с ресниц слезы.

— Да будет так, — прошипела она, обращаясь сама к себе. — Да будет так.

Подобрав золотой бокал, забытый Кит-Кананом, Герматия изо всех сил ударила его о мраморную скамью. Бокал превратился в перекрученный, бесформенный кусок металла.

Во время бесконечного вечернего заседания три стороны пытались решить, кто же будет управлять предполагаемым буферным государством. Это был коварный вопрос; каждое возникавшее предложение подолгу обсуждалось и перепроверялось. Жрецы и мастера гильдий, устав от бессмысленной дискуссии, удалились, и толпа в приемном зале поредела. Через некоторое время голова претора Ульвена склонилась на грудь. Его жене тоже явно требовался отдых.