Сага о Копье: Омнибус. Том I

И эта старая сухая палка, которая называла себя человеком, вдруг очень забеспокоился и позвал стражников, которые были самыми уродливыми существами каких я только видел. Стражники заперли меня в клетке.

""Я оставался там в течение нескольких дней, думая, что маг остынет и отпустит меня, но он явно был не из тех, кто привык прощать. И я нацарапал это спасательное сообщение на куске коры, думая, что я смогу подсунуть ее одному из местных и тем спасти себя.""

""Хорошая мысль,"" сказал Танис. ""Вероятно это сработало?""

Тас покачал головой. ""Никаких местных никогда не было в башне. Я должен был найти другой выход.»

""Однажды маг пришел, чтобы проведать меня. Ему было нужно небольшое количество топленого сала хобгоблина, но всякий раз ему было нелегко доставать его. Я подозреваю, что он хотел проверить, не будет ли кендерское сало работать так же хорошо. Но он так и не узнал этого, так как я решил не оказывать ему такую любезность. И я убедил его, что знаю, где можно взять немного сала хобгоблина. Он позволил мне уйти при условии, что я вернусь с салом как можно скорее. Я думаю, он попытался наложить на меня какое-то заклятие, чтобы гарантировать мое возвращение. Но оно не сработало.»

""Вот что напоминает мне об этом,» — добавил он, доставая маленький синеватый стеклянный пузырек, заткнутый пробкой, — «никогда не открывайте это в закрытом помещении. Оно ужасно пахнет.»

Танис и Флинт снова обменялись взглядами, и гном заказал еще эля.

«Вот она!» объявил Тас. Он торжествующе развернул изодранный клок пергамента, изношенный по краям и запятнанный в середине. «Боюсь, когда я рисовал ее, то был еще не очень силен в картографии. Однако карта вполне читабельна.»

Танис посмотрел на карту, затем немного повернул ее. Затем он повернул ее еще больше. Наконец он полностью перевернул ее вверх ногами, но все еще не мог ничего понять.

«Не хочу показаться невеждой, Тассельхоф, но что это?»

«Это Абанасиния.» Тас невозмутимо взмахнул руками. Танис все еще не мог разобраться. Кендер схватил карту и перевернул ее приблизительно раз семьдесят. «Видишь? Это горы Восточной Стены.»

Танис поскреб голову.

""А вот побережье. Тут, на севере, проливы Шелси. На востоке — Новое Море.»

Наконец Танис вроде бы разобрался.

«О, я вижу. Вот береговая линия. Я думал, это просто брак пергамента.»

«Это и есть брак пергамента.» — поправил его Тас, указывая тонким пальцем, — «а вот это — побережье.»

«Точно,» — сказал Танис, — «теперь я вижу.»

«Я говорил тебе, что от этого будут только проблемы и ничего больше,» — проворчал Флинт.

Танис проигнорировал гнома, продолжая вглядываться в карту, иногда отрываясь от нее для того, чтобы сделать глоток из своей кружки. Тассельхоф спокойно сидел, ожидая слова признательности и восхищения.