Сага о Копье: Омнибус. Том I

«Ну, после Калтасы — это как раз стартующее сегодня трехдневное дежурство — Портиоса выведут из Рощи три дворянина, их личности будут замаскированы черными мантиями, перчатками и масками. Беседующий при этом не будет присутствовать. Он за день до этого отправится в уединении предаваться медитации и молитвам».

«Портиос будет в серой мантии, как и Гилтанас, который возвратится из своего ночного дежурства в Кентомменаи-кате в созерцании Реки Надежды». Мирал прервал свой рассказ. «Ты был там?»

Флинт кивнул.

«Горожане не будут обращать внимание на братьев», — сказал Мирал. — «Это часть требований Кентоммена».

«Я знаю», — произнес Флинт. — «Айлия объяснила мне. Куда направится Портиос?»

Маг продолжил, обходя размахивавшего зелено-серебристым флажком ребенка. «Три дворянина отведут его в каменную комнату, высеченную глубоко под дворцом. Это затененная комната, и его посадят в маленький световой круг в центре». Мирал с Флинтом обошли сверкавший кварцевый дом в форме дуба и завернули за угол.

«Дворяне в масках станут вокруг юноши треугольником», — сказал Мирал. — «Они Уласи, Созерцатели, и у каждого есть церемониальное имя: Толесра, Тщеславие; Сестари, Зависть; и Кетиар, Гордыня. Каждый непрестанно будет задавать юноше вопросы, обвиняя его в своекорыстном тщеславии, жажде величия других и глупой спеси. Яростью, подстрекательством, насмешками и критикой они испытывают силу воли и чистоту души, которые юноша приобрел в Роще».

Флинт представил себе эту сцену и поежился. Он по-прежнему предпочитал вечеринку по поводу своего Дня Полной Бороды. «Какова цель вопросов… Как он называется?»

«Эта часть Кентоммена называется Мелесканара, или ‘Тень Сердца’», — ответил Мирал. — «Цель, как и намекают их названия, проверить, не остались ли какие-либо тени на сердце юноши. Если да, он испугается, разгневается или падет духом от их слов. Закричать, заплакать или даже вздрогнуть означает провалить тест. Однако если к концу испытания юноша останется невозмутимым и в мире с самим собой, Уласи просто кивнут и покинут комнату, оставив дверь открытой».

У гнома внезапно возникло чувство, что он понял, где Беседующий развил непроницаемую маску, надеваемую на лицо во времена неприятностей. Ему стало любопытно, как Портиоса — и, к примеру, Тайрезиана — изменят их собственные Кентоммены.

Они подошли к мастерской Флинта; Таниса не было видно. Благодарный Флинт — хотя он никогда и не признал бы это — получивший возможность отдохнуть несколько минут на своей любимой каменной скамье, пригласил Мирала войти. Маг согласился, и вскоре они вдвоем наслаждались подрумяненным соленым квит-па, мешочек с которым гном приобрел на обратном пути. Гном держал в одной руке кружку с элем; маг пил воду.