Сага о Копье: Омнибус. Том I

«Звучит так, словно им следует выставить стражу», — угрюмо прокомментировал гном, стараясь не выказывать удовольствия от нежных прикосновений акушерки.

«О, они так и поступят», — заверила его Эльд Айлия. — «Эльфийские дворяне будут по очереди нести стражу со своими церемониальными мечами — вроде того, который приносил сюда в починку Тайрезиан».

«А эта стража, в самом деле, нужна?»— спросил Флинт.

«Скорее всего, нет», — согласилась стройная эльфийка. — «Нарушить Калтасу — как и любую часть Кентоммена — для эльфа означает, что к нему всегда будут относиться, как к ребенку, вне зависимости от его возраста».

Флинт казался впечатленным.

Айлия продолжила: «В Роще Портиос совершит обряд очищения, отбросив все пласты детской жизни. В последнее утро он искупается в роднике, явившись очищенным душой и телом».

«Этим третьим утром ему принесут серую одежду — символизирующую его несформировавшийся потенциал — и выведут из Рощи», — закончила она. — «На этот раз на улицах не будет гулянья. На самом деле, простые эльфы всегда стараются совсем не смотреть на подростка в Кентоммене, когда его ведут по улицам в серой одежде».

«А почему?»— спросил гном.

«Потому что в этот момент подросток уже не ребенок, но еще и не взрослый. Формально, он не существует. Над эльфами будут смеяться, если они будут глазеть на того, кого нет».

Флинт фыркнул, но не пренебрежительно. «Совсем не похоже на мой День Полной Бороды. Тот по большей части состоял из дарения мне множества подарков и подношения больших кружек эля». Он, казалось, погрузился в размышления. «Если вдуматься, я предпочитаю такой праздник, чем провести три дня без еды и эля».

С легким смехом Айлия закрепила чистую повязку на место. Затем она принесла ему инструменты, чтобы он мог закончить медальон.

Танис этим вечером рано вернулся из дворца, приготовившись провести эту ночь с Флинтом. Он приготовил простой ужин для себя, акушерки и гнома: буханку серого хлеба, половину головки сыра, последние сладкие яблоки, оставшиеся с прошлой осени, и кувшин с элем. Наконец, солнце скрылось за верхушками осин, последние лучи сверкнули сквозь полупрозрачную зелень невесомых листьев, и из темных лесов выползли тени, чтобы овладеть улицами эльфийского города. Полуэльф убедил Эльд Айлию, что она может спокойно на время оставить Флинта, и та уступила, сказав, что у нее самой осталось масса незавершенных дел.

«Но не позволяй никому входить, кроме меня или Беседующего», — предупредила она Таниса.

«Почему?»

Эльд Айлия, казалось, была готова что-то рассказать, но в последнюю минуту передумала. «Лучше, чтобы какое-то время Флинт побыл в тишине. Ты знаешь, как посетители возбуждают его».