Сага о Копье: Омнибус. Том I

«Я рассказывал тебе про Серую Драгоценность. Итак…»— хриплым голосом продолжил маг. — «… Серая Драгоценность меньше повлияла на нас, чем на другие расы, но все же прохождение камня — который, как ты знаешь, является воплощением хаоса — устраивало беспорядок везде, где он побывал».

«В Сильванести, откуда я родом…» Это было новостью для Таниса, который вскочил, готовясь задать вопрос, но вместо этого плюхнулся обратно под взглядом мага. «В Сильванести, возле главного города Сильваноса, жили эльфийский лорд и его двое детей, сын по имени Пантелл, и младшая дочь по имени Джерика. Как было принято во времена до Братоубийственных Войн, старший сын унаследовал титул, земли и состояние отца. Дочь, Джерика, должна была получить достаточно большое приданое, что должно было поощрить кого-нибудь из молодых эльфийских лордов жениться на ней, но она не имела никаких прав на что-либо еще из того, чем владел ее отец».

«Это выглядит несправедливым, поступать таким образом», — заметил Танис.

Мирал кивнул и плотнее закутался в мантию. «Также думала и Джерика», — продолжил маг. — «Такая ситуация мучила Джерику, особенно потому, что ей было очевидно, что она была более достойным ребенком. Эльфийские женщины в то время, как и сейчас, тренировались в воинском искусстве, хотя в то время, как и сейчас, их владение оружием было скорее церемониальным, чем практическим. Когда возникала необходимость, большую часть борьбы вели мужчины».

«Итак, Джерика так владела мечом, что могла одолеть своего брата, Пантелла, в потешных сражениях, которые они устраивали в замке. Она была сильнее своего старшего брата и умнее. Но так как она была младшим ребенком, то знала, что, в конце концов, она увидит, как все, что как она считала, она заслуживает, перейдет к недостойному. Все могут видеть, убеждала она себя, что Пантелл плохой боец, совершенно лишенный моральных принципов. Она знала, что он не чурался воровства, что был жадным и трусливым и, более того, что он был не слишком умным».

Желудок Таниса заурчал, и он посмотрел на тарелку поджаристых квит-па, которую маг поместил вне его досягаемости на низкий столик рядом с двумя креслами. Полуэльф прошлым вечером вернулся слишком поздно, чтобы присоединиться к семейству Беседующего за обеденным столом; неприятные воспоминания о разговоре с Флинтом долго не давали ему уснуть, и заснув, наконец, под утро, он проснулся уже слишком поздно, чтобы успеть позавтракать до встречи с Миралом.

Однако маг правильно интерпретировал урчание в животе и тоскливый взгляд, и отдал приказ на незнакомом языке, приказ, который без помощи эльфийских рук заставил тарелку заскользить по столу к полуэльфу. Танис пробормотал слова благодарности, намазал ломтик квит-па грушевым желе и сунул его в рот.