Жениться и обезвредить

Митенька не выдержал окончательно и затараторил так, словно это было его последнее интервью перед политическим бегством в Израиль:"

"— Это мне всё Кнут Гамсунович насоветовали, святой человек, ни минуты без идеи, всё о благе всеобщем печётся, вот и ляпнул не подумав, а я и зацепился, мыслишка-то дурная, однако ж работает, работает, Никита Иванович, я уж на себе быстренько испробовал, не народ же подставлять, нам-то что, мы люди милицейские, к лишениям привычные, подвигами умудрённые, героизмом битые, одна тётка Матрёна с капустой своей богопротивною такое в желудке моём наэкспериментировала, слов евангельских не хватает, а матом нам нельзя, у нас честь мундира, ну да что уж теперь, опосля-то, главное дело, что получилося, получилося, и фигу ему, Лиху Одноглазому, не стало оно, не тронуло, несоразумело, как и чем исхитриться, коли я эдаким вывертом себя предоставил, а вот бы и весь город так, почитай, отстояли бы родное Лукошкино!

Я подобрал щепку, не доструганную стрельцом Заикиным, и вовремя сунул парню поперёк зубов. Митя вгрызся в древесину, как бобр-мутант-переросток, но заткнулся, догадавшись, что мне тоже надо вставить слово.

— Не перебивай. Итак, ты случайно услышал в Немецкой слободе… За книжками бегал, что ли?

— Ы-гы, — не разжимая челюстей, кивнул он.

— Ну, естественно, не было печали, научили милиционера в психоанализ играть. — Чуть отвлёкшись, продолжил: — Там подхватил какую-нибудь народную поговорку о невезении, и у тебя сложилось блистательное умозаключение. Лихо может причинить вред любому человеку, зашпыняв его невезением, но тому, кто безумен, дальше не везти уже просто некуда! Я не буду вдаваться в откровенный дебилизм этой притянутой за уши концепции. Спрошу лишь одно: Митя, оно работает?

— Ы-гы!

— Оно само тебя боится? Боится, потому что не знает, как с тобой быть, ведь псих неадекватен, невменяем и непредсказуем в своём поведении. А знаешь, в этом рассудочном безумстве что-то есть, может и прокатить.

— Ы-гы-гы! — радостно захихикал он, едва не хлопая в ладоши.

— Выплюнь щепки, — разрешил я. — На уровне одного индивидуума идея очень неплохая, но на весь город… Если мы всем Лукошкином показательно сойдём с ума, нам действительно никакого Лиха не надо — мы так эффектно самоуничтожимся, что любо-дорого посмотреть! Вот Кощей с шамаханами обрадуются… Нет уж. Давай в дом. Переоденься, поешь горячего и перед царицей извинись. Нашёл кого кусать, вампир-неудачник…

— Так нешто у меня выбор был? — пробурчал наш вечно обиженный спасатель родины, полностью извлекаясь наружу. — Стрельцов кусать — понту нет, штаны нестираные, пахнут неароматственно, вкусу гастрономического никакого.