Раз и навсегда

Виктория было повернулась, чтобы присесть на канапе, но он удержал ее за обнаженную руку. Другой рукой он открыл крышку большой бархатной шкатулки, стоявшей возле его бокала, и извлек тройную нитку самых крупных и великолепных жемчужин, которые она когда-либо видела. Не говоря ни слова, он повернул ее лицом к зеркалу, висевшему над столиком, и откинул в сторону копну ее длинных волос. Когда Джейсон, снимая аквамарины и застегивая широкое, тяжелое жемчужное ожерелье на ее изящной шее, коснулся ее, девушку пробрала дрожь.

Пока он закреплял бриллиантовую застежку, Виктория в зеркале видела его бесстрастное лицо, затем Джейсон взглянул на нее, оценивая, как смотрится на ней жемчужное ожерелье.

– Спасибо, – неловко начала она. – Я…

– Я предпочел бы получить вместо этого поцелуй, – терпеливо посоветовал он.

Виктория встала на цыпочки и послушно, но застенчиво чмокнула его в гладкую, свежевыбритую щеку. Что-то очень тревожило и смущало ее в этой ситуации. Он так подарил ей жемчуг и хладнокровно ожидал в ответ ее поцелуя, как если бы покупал ее благосклонность, начав с поцелуя в обмен на ожерелье. В подтверждение ее догадки он сказал:

– Разве это поцелуй за такое прекрасное ожерелье? – И приник к ее губам с неожиданной требовательной настойчивостью.

Когда Джейсон отпустил ее, то загадочно улыбнулся, вглядываясь в ее испуганные синие глаза.

– Вы что, не любите жемчуга?

– О, что вы, конечно, люблю! – поспешила ответить она, злясь на себя за то, что была не в состоянии заглушить свои глупые, надуманные опасения. – Я в жизни не видела такого красивого. Даже у леди Вильгельм жемчужины не такие крупные. Эти подойдут и королеве.

– Столетие тому назад они принадлежали русской княгине, – сказал он, и Викторию странным образом тронуло, что, очевидно, он считает ее достойной носить такую бесценную вещь.

После ужина они поднялись к Чарльзу. Когда они спокойно сообщили ему о своем решении наметить дату свадьбы, его восторгу не было предела; он просто помолодел. Когда же Джейсон со всей нежностью обнял Викторию за плечи, прикованный к постели герцог смеялся от радости. Он выглядел таким счастливым, таким уверенным, что они поступают абсолютно правильно, что даже Виктории передалась его уверенность в этом.

– Итак, когда свадьба? – неожиданно спросил Чарльз.

– Через неделю, – ответил Джейсон, не обращая внимания на удивленный взгляд девушки.

– Отлично, просто отлично! – одобрил Чарльз, весь сияя. – Думаю, к тому времени я сумею встать на ноги, чтобы присутствовать на ней.

Виктория собиралась возразить, но Джейсон сжал ей руку, предупреждая, чтобы она не спорила.

– А что это у вас, дорогая? – спросил Чарльз, довольно глядя на ожерелье.

Ее рука машинально взмыла к горлу.