Единственная для оборотня и теща в нагрузку

Он приблизил свое лицо чуть ли не вплотную к моему и абсолютно спокойно, властно приказал:

– Ты больше и на шаг не отойдешь от меня.

После моего крика этот тихий приказ прозвучал особенно веско. Я смотрела на окаменевшие черты и абсолютно точно понимала, что он на пределе. Зрачок глаз расширен настолько, что почти полностью скрыл радужку, оставив лишь тонкое янтарное кольцо. Впервые видела его в таком состоянии. Это было не спокойствие, а стадия холодного бешенства. Чуть тронь такого, и всем окружающим каюк. За себя я не боялась, но в таком невменяемом состоянии о чем-либо говорить с ним было бесполезно.

– Хорошо, – согласилась я.

Он моргнул, явно не ожидая такого ответа. Подозреваю, мои крики возмущения были ожидаемы и не произвели бы на него никакого впечатления, а вот полное согласие обезоружило.

Я разжала пальцы, что мертвой хваткой вцепились в его плащ, и нежно коснулась немного колючей щеки, погладив.

– Эй! Ты чего себе напридумывал? – мягко спросила я. – Мы вернулись в селение, а тебя нет. Хорошо еще, Грегори за тобой поехал, и мы смогли переместиться. Я даже дочь еще не видела, сразу к тебе.

Не отводя глаз, я убрала прядь волос, что упала ему на лицо, обводила черты лица, сохраняя тактильный контакт. Всем своим видом показывая, что все хорошо, я рядом. Вот же великовозрастное дитя! Как с чудовищами сражаться или людьми командовать, так он полон хладнокровия и собран, а стоит меня из виду потерять, как теряет контроль и с ума сходит.

– Кристиан, ты заставил меня за собой погоняться, – пошутила я, желая разрядить обстановку.

– Почему ты называешь меня Кристианом? – разлепил он крепко сжатые губы.

Не говорить же ему, что имя «Кристиан» мне нравилось гораздо больше, чем «Люциан», и, испытывая в начале нашего знакомства к мужчине антипатию, я не хотела называть его таким симпатичным именем.

– Ну, я решила называть тебя Люцианом по аналогии с оборотнем, который влюбился в вампиршу, а потом ее потерял, и смотри, куда нас это привело. Я присоединилась к клану вампиров, и мы расстались. Пора создавать новую историю наших отношений, – выкрутилась я.

Его ресницы дрогнули. Он на мгновение прикрыл глаза, а когда открыл, зрачок вернулся в норму и смотрел он на меня таким взглядом, что я забыла, как дышать. Казалось, весь мир сузился до его глаз, которые лучились теплом. Мое сердце затрепыхалось, и от волнения вспотели ладони. В данный момент между нами происходило нечто важное, неосязаемое, чему нельзя было подобрать слова, но что ощущалось даже в сгустившемся воздухе вокруг нас.

– А как же мне тебя называть? – урчащим, вибрирующим голосом спросил он, заставив все у меня внутри сжаться от сладкой дрожи.

– Оля, – прошептала я, так как в горле моментально пересохло.