Единственная для оборотня и теща в нагрузку

Некоторое время я просто стояла, стараясь совладать со своим дыханием и не выдать свою реакцию. Краем глаза я наблюдала за Хризеей. Она пела о том, как рада знакомству и что наша безопасность находится в надежных руках. В подтверждение своих слов она положила свою руку на локоть Люциана, а меня накрыло.

Хризея моя подруга, но неконтролируемая злость взорвалась во мне. Захотелось вцепиться в волосы вампиршы, чтобы она не тянула руки, куда не следует. Это были чистые инстинкты. Я с силой сжала кулаки, чтобы не броситься к ней.

– Ольга, вы поранились? – ко мне подошел Грегори.

Я бессмысленным взглядом посмотрела на него, а он взял мою руку. Я с трудом разжала пальцы, и лунки от ногтей тут же заполнились кровью. Боли я не чувствовала.

– Я залечу, – произнес он и поднес мою ладонь к губам.

Я почувствовала раздвоение личности. Одной частью сознания я ощущала, как его язык осторожно слизывает кровь. Было чуть щекотно и от прикосновения, и от его дыхания мне в ладошку. А вот второй частью я ощутила волну гнева. Яростного, обжигающего. Не моего. Как только я это поняла, мой взгляд метнулся в сторону Люциана. Хризея что-то говорила ему, но он смотрел на меня, и наши взгляды встретились.

* * *Как будто время остановилось на мгновение. Пропали все звуки. Некоторое время он удерживал меня взглядом, а потом отвел глаза, что-то говоря Хризее. Я же осталась, как выброшенная на берег после шторма рыба.

– Ну, вот и все. Не осталось и следа, – произнес Грегори, возвращая меня в действительность.

Мою ладонь он отпускать не спешил и мягко произнес:

– Не бойтесь, мы здесь для того, чтобы он к вам не приблизился.

Он решил, что я испугалась? Все лучше, чем правда. Меня заботило другое. Если я ощутила эмоции Люциана, то и он мои чувствовал? Кровь прилила к моим щекам. Черт бы побрал метку! Как нам вообще рядом сосуществовать, если мы будем считывать друг друга?

– У вас удивительный вкус крови. Теперь я понимаю, почему вы стали Алитерой. – Грегори поглаживал мою ладонь. Выглядел он при этом так, как будто был котом и не желал выпускать из своих лап мышь.

– Грегори, перестаньте на меня так смотреть!

– Как так?

– Как будто желаете откусить кусочек.

– Простите! – Он тут же выпустил мою ладонь и смутился. – Я бы многое хотел, но желание напугать или причинить вам боль в этот список не входит.

– Ольга, не желаешь размяться и поехать верхом? – ко мне подошла Хризея.

Я прекрасно поняла, с чего она решила размяться, и секунду колебалась, решая, что лучше: ехать в карете и ничего не видеть, но мучиться предположениями, или все же наблюдать за ней. Выбрала второе.

Моя лошадь была привязана к карете, и пока я набрасывала плащ и надевала перчатки, Грегори подвел мне ее и помог сесть.