Единственная для оборотня и теща в нагрузку

После моря мы с дочерью загорели и сверкали белозубыми улыбками. Процессы в моем организме, вызванные меткой, завершились. Внешне я не изменилась, но зрение, слух и обоняние обострились. Чем-то напоминало первые дни после ритуала с Айком. Благо опыт был, и мне было легче привыкать к своим новым способностям. Метка после первых нескольких дней больше не зудела, и я успешно скрывала ее ото всех.

Мы хорошо отдохнули. С Айком я ощутила себя в безопасности и впервые расслабилась. Ушло внутреннее напряжение и тревога. Не надо было бояться похищения или очередного визита Владыки. Для собственного спокойствия я запретила себе вспоминать произошедшее в охотничьем домике и решила, что наши пути разошлись.

После того как поняла, что обратная дорога домой закрыта, я впервые серьезно задумалась о будущем. Айк принял меня в клан, и, понятное дело, жить я буду у него, больше мне идти некуда. Пока дочь не подрастет, для всех я буду его Алитерой, чтобы не подставлять ее под удар. А что дальше? Чем заниматься? Как жить?"

"Тут и вылезли недостатки длинной жизни. Катя подрастет, и если они поженятся с Айком, не буду же я маячить у них под носом, становясь третьим лишним в их личной жизни. О своей же, похоже, мне придется забыть навсегда, пришла я к такому неутешительному выводу. Рассуждения мои насчет этого были просты: сначала я буду играть роль Алитеры, но и потом брак с кем-то из людей для меня невозможен, так как я обрела долголетие, с кем-то из вампиров тоже не сложится. Кому понравится, что у его жены метка оборотня и она им пахнет? Если ты не невеста вампира, то отношения заведомо обречены. Об оборотнях вообще молчу, а про эльфов и вспоминать не хочется. Так что ждет меня одинокая жизнь, и надо с этим смириться. Будь я человеком, надеялась бы постареть, а так…

К тому же я привязана к Айку из-за его крови. Флакона мне хватает на два месяца. Кровь другого вампира не подойдет, так как лишь древняя обладает достаточной силой. Вот и получается, что я как собака на поводке. Хотя грех жаловаться, моя жизнь и так зависит от продолжительности его.

– Ольга, почему вы грустите? – подошел ко мне Грегори. Я стояла у балюстрады открытой галереи и смотрела сверху вниз на дворик, задумавшись. Блисс остался в столице как глаза и уши Айка, а вот Грегори вернулся сюда, как только мы приехали из путешествия.

– Нет, все в порядке, – встрепенулась я. – Вы меня искали или мимо проходили?

– Мастер просил передать вам письмо, – протянул он мне конверт.

Я взяла и удивленно на него посмотрела. Почему его? Это могли сделать и слуги.

– Мы как раз разговаривали, когда принесли корреспонденцию, – пояснил он. – Я предложил вам отнести.

Пусть я и не спросила: «Зачем?» – но этот вопрос был ясно написан на моем лице.