Мафиози и его Ангел: Часть 2

Мы были почти разрушены и так близки к тому, чтобы потерять все. Он больше не мог быть Боссом. Он не был достаточно силен. Когда мне исполнилось девятнадцать, он передал мне титул, и я стал Боссом», - объяснил Алессио. При упоминании смерти его матери и имени отца моя блуждающая рука замерла, и воздух покинул мое тело.

Алессио, казалось, сначала не заметил, продолжая рассказывать. «Пепел представляет Семьи, когда я пришел к власти. Всё и все были уничтожены. Мы так много потеряли, и мне пришлось начинать заново, снова строить нашу империю. Я построил более сильную и большую армию, свою империю из пепла».

Иногда я забывала, кем он был. Он контролировал и управлял Нью-Йорком и всеми остальными частями, которые принадлежали ему железным кулаком. Он был Боссом. Одним из самых сильных. Даже сильнее, чем итальянцы. «Феникс - это ты», - я подавилась своими словами.

Я снова почувствовала его кивок. «Почему ты перестала трогать меня?» спросил он, напрягая мышцы, как будто требуя моего прикосновения.

«Извини», - пробормотала я и продолжила свою нежную ласку, хотя дрожала от внезапного страха. «А как насчет огня?»

«Огонь - это то, чем я владею сейчас. Я поднимаюсь над всем и всеми. Я хозяин, судья, присяжный и палач. Все остальные кланяются передо мной.» Его голос был сильным и наполненным силой.

Сильно сглотнув от нервозности, я закрыла глаза. Как я собиралась рассказать ему свою правду? Я доверяла ему, но во многих отношениях я все еще боялась его ... его реакции.

«Ты снова остановилась.»

Мои глаза снова открылись, и я пробормотала еще одно быстрое извинение. Когда моя рука скользнула по его спине, я услышала, как Алессио вздохнул от облегчения и удовлетворения. «Мне нравятся твои руки».

«Я люблю прикасаться к тебе», - тихо призналась я.

«Ты успокаиваешь меня, Айла. Ты успокаиваешь огонь, бушующий во мне, - признался он.

Я поцеловала его в плечо, когда мои пальцы начали ласкать татуировку цепи на его руке. Она начиналась на шее и обвивалась вокруг Феникса, а затем продолжалась по всей длине его руки, останавливаясь прямо над его локтем.

«Что насчет этой? Что она значит?», я спросила, поглаживая рукой по тяжелым, черным цепям.

Алессио застыл под моим прикосновением.

Я тоже замерла. Я начала менять тему, когда он ответил, его голос был низким и глубоким.

«Это значит, что я прикован к своему прошлому».

Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоить свое раскаленное сердце. Мне не понравилось, куда вел этот разговор, но это не остановило меня. «Что ты имеешь в виду?»

«Тату представляет мою месть».

Его слова были ударом по моей груди, и я почувствовала трещину в моем сердце. Это было почти так же больно, как мысль потерять все, что я только что нашла.