Темный Лорд Устал. Книга I

Я не потратил на это и сотой доли процента своей силы. Просто легкий импульс.

— Похоже, ваша охрана сегодня не в настроении, — с легкой усмешкой заметил я, переводя взгляд обратно на окаменевшего от ужаса Шульгина. — Что ж, придется обойтись без них.

Я поднял руку.

Шульгин инстинктивно вздрогнул. Как примитивно.

Я указал на его грудь, где красовались несколько дорогих орденов — символов его продажной власти. В ту же секунду блестящий металл потускнел, покрылся уродливой ржавчиной и с тихим шелестом осыпался на пол кучкой праха.

Толпа ахнула. Шульгин с ужасом уставился на свою грудь.

Я перевел взгляд на бокал с элитным шампанским в его руке. Золотистая жидкость на глазах помутнела, загустела и превратилась в отвратительную, вонючую болотную жижу.

Он выронил бокал, и тот с хрустальным звоном разлетелся по мраморному полу.

— Это… это невозможно… — прошептал он.

— Вы мешаете мне отдыхать, господин Шульгин. А я этого очень не люблю. — произнес я тихо. — Как насчет выразить свои «искренние извинения»?

И тогда я нанес последний удар. Я не коснулся его. Просто… пожелал и его тело подчинилось.

На глазах у всей ошеломленной элиты этого города, высокопоставленный чиновник Валерий Шульгин, могущественный и влиятельный, согнулся, опустился на одно колено, затем на второе. Он потянулся к моему ботинку, испачканному пылью заброшенных складов, достал из кармана шелковый платок и начал его чистить. Медленно. Тщательно. С выражением абсолютного ужаса на лице.

— Завтра утром, — произнес, глядя на его склоненную голову, и мой голос был слышен всем в зале, — все необходимые мне разрешения будут подписаны. Вы меня поняли?

Он судорожно кивнул, не смея поднять глаз.

Я развернулся, чтобы уйти, но остановился на полпути. Я не спешил. Представление еще не было окончено. Я медленно, с холодным любопытством, обвел взглядом застывшую в зале толпу.

Тишина была такой густой, что в ней можно было утонуть. Сотни глаз — глаза представителей кланов, их жен и наследников, влиятельных чиновников и богатых промышленников — были прикованы ко мне, но как только мой взгляд останавливался на ком-то, тот немедленно его отводил. Кто-то отворачивался, делая вид, что его заинтересовал гобелен на стене. Кто-то начинал лихорадочно поправлять свой наряд. Дамы прижимали к губам бокалы с шампанским, их пальцы дрожали.

Я не угрожал им. Не говорил ни слова. Просто смотрел и в этом моем безмолвном взгляде каждый из них читал простое, ясное послание: «Сегодня это был он. Завтра это можете быть вы. Не мешайте мне».

Урок был усвоен. Я видел это в их бегающих глазах, в напряженных позах, в той ауре страха, которая теперь плотно окутала этот зал.

Удовлетворенный произведенным эффектом, я пошел к выходу сквозь расступившуюся, застывшую в ужасе толпу.