Непобедимая и легендарная

К тому же все необходимые сведения о пилсудчиках, окопавшихся в Австрии, можно получить от наших германских коллег. Если австрияки и откажут нам в наших просьбах, то своим союзникам они отказать не смогут. Тем более что управление австрийской армией все больше и больше берет на себя германский генштаб. И если с его стороны поступит настоятельная просьба, приправленная чисто прусскими солдатскими оборотами, то австриякам точно не устоять. Немцам же вся эта возня уже надоела хуже горькой редьки… Только, Феликс Эдмундович, прошу вас не забывать, что сегодняшний союзник может через какое-то время превратиться во врага. Поэтому полностью раскрывать карты перед тевтонами не стоит. Надо давать им сведений ровно столько, сколько необходимо для успешной совместной работы. И не более того. Впрочем, не мне вас учить. У вас имеется богатый опыт подполья, да и помощники у вас неплохие.

– Хорошо, Александр Васильевич, – кивнул Дзержинский, – я, пожалуй, схожу, посоветуюсь к генералу Потапову. Он лучше меня знает, как наладить агентурную работу за рубежом. А вам большое спасибо за беседу и за те сведения, которые вы мне передали. Думаю, что они нам пригодятся в самое ближайшее время. Бардзо дзенькуе и до видзеня…

– До видзеня, – сказал я, прощаясь с Железным Феликсом…

Вот уже два с половиной месяца дуумвират Киров – Рагуленко, наглядно осуществляя принципы диктатуры пролетариата, управлял Баку и его окрестностями, неуклонно проводя в жизнь решения центрального советского правительства в Петрограде и лично товарища Сталина. Непревзойденный массовик и оратор Сергей Миронович Киров, зажигательными речами поднимающий на борьбу интернациональные рабочие массы, и Сергей Александрович Рагуленко, по слухам – капитан царской армии, железной рукой добивающийся исполнения в Баку всех решений Совнаркома.

За это время численность бакинской Красной гвардии выросла с пятисот штыков первоначального состава до десятитысячного прекрасно обученного, вооруженного и дисциплинированного корпуса, а также такого же количества находящегося в резерве и живущего по домам милиционного ополчения. Усиливали их десяток построенных тут же в Баку бронепоездов и бронелетучек, что по меркам того времени было внушительной силой.

Создан бакинский корпус Красной гвардии был по принципу «я его слепила из того, что было». Кто только ни записался в его ряды: матросы Каспийской флотилии и солдаты разложенных агитацией царских полков, рабочие нефтепромыслов и молодежь всех национальностей, горящая огнем идеи, бывшие офицеры, бежавшие с фронта от солдатского произвола времен керенщины и прослышавшие о том, что новая власть наводит порядок железной рукой.