Непобедимая и легендарная

В настоящий момент в полосе отчуждения Китайско-Восточной железной дороги правит бал генерал-лейтенант Хорват, который, оставаясь внешне лояльным к большевистскому правительству в Петрограде, тем не менее ведет какую-то свою игру. Об этой игре и еще о некоторых тонкостях дальневосточной политики и хотел поведать советскому руководству штабс-капитан Алексей Луцкий.

Дела, которые мы намеревались обсудить, были конфиденциальные, лишние глаза и уши нам были совершенно ни к чему, поэтому заседание происходило в кабинете предсовнаркома Сталина без широкого оповещения прочих лиц.

За полчаса до начала заседания я рассказал своим коллегам о том, кто такой штабс-капитан Луцкий, что он уже сделал и что еще сможет сделать для советской власти. А также о том, как он погиб в нашем прошлом, не сдав японцам сеть своих агентов в Харбине и в прилегающих к КВЖД населенных пунктах. Сталин, коротко кивнув, добавил, что штабс-капитана Луцкого весьма положительно охарактеризовал генерал Потапов, и то, что в партию большевиков начальник разведки и контрразведки КВЖД вступил еще в декабре 1917 года.

Поэтому, когда Луцкий вошел в кабинет Сталина, он был весьма радушно встречен всеми присутствующими, что ввергло скромного тридцатипятилетнего штабс-капитана в некоторое смущение. Но, быстро собравшись, он начал кратко и деловито докладывать о том, что творится сейчас на КВЖД. А докладывать было о чем…

Прежде всего, следовало обратить внимание на подозрительные контакты генерала Хорвата с китайцами, за которыми стояли японцы. По данным Луцкого, Хорват, словно Маша с Дубровским, обменивался посланиями с генералом Чжан Цзолином, фактическим правителем всей Маньчжурии.

О чем конкретно договаривались эти два генерала, штабс-капитану тоже удалось узнать. Хорват согласился обратиться к своему китайскому коллеге с просьбой – ввести войска в Харбин и «взять под охрану» КВЖД. Естественно, такая «просьба» будет тут же достаточно щедро оплачена иенами. Ибо ни для кого не было секретом, что генерал Чжан Цзолин совершенно не самостоятелен в своих решениях и послушно соглашается со всем, что ему «советуют» его японские кураторы.

Все сказанное Луцким означало лишь одно – надо срочно что-то делать с генералом Хорватом. КВЖД и Харбин ни в коем случае нельзя было отдавать в руки японцев. В то же время воевать с японцами было бы весьма опасно по причине практического отсутствия Тихоокеанского флота как такового и из-за огромного превосходства сухопутных сил японцев в Маньчжурии.

Но терять КВЖД и Харбин нам тоже не хотелось. Ведь как сама железная дорога, так и все станционные постройки на ней, подвижной состав, да и сам город Харбин – все это было построено русскими руками за русские деньги.