Красавица и чудовище

Но как ни пыталась она избавиться от нее, ничего не вышло. Женя не желал слушать никаких доводов, ни просьбы, ни угрозы на него не действовали.

– Ну что вы, я только начала, – лилейным голоском известила Элис и по-деловому закинула ногу на ногу. Интуитивно почувствовала, что Царева на взводе, осталось только дожать ее, и вся правда выйдет наружу.

– С чего ты взяла, что я захочу продолжать этот бесполезный разговор? – Металл в голосе мог напугать кого угодно, но только не Элис. После стольких лет жизни с Алексом его мать казалась слишком жалкой.

– О, да я даже уверена, что не захотите, но придется, – констатировала она и довольно улыбнулась. Кожей ощущала неприязнь, но не намерена была уступать ни на йоту.

– А ты самоуверенная. – Ирина Борисовна развернулась и в несколько шагов сократила расстояние между ними. – Только глупая. Ты ничего не добьешься – уходи, не трать время.

– Времени у меня предостаточно, как, в общем-то, и доказательств. – Элис достала из сумки папку с документами, собранными Марго. – Если вот эта папка попадет к вашему сыну…

– Каких еще доказательств? – Ирина Борисовна не сдержала кривую усмешку. – Чего?

– Мне доподлинно известно, что Краснова перевела на ваш счет большую сумму денег на лечение Жени. Может, ответите, почему он об этом ничего не знает? – Элис внимательно следила за реакцией и отмечала малейшие изменения в поведении.

Царева мгновенно побледнела, но смогла справиться с собой и, будто проснувшись, яростно принялась защищаться:

– Это ее грех! Она моего сына погубила! – Эмоции захлестнули, выдержка дала сбой, ее отчаянно понесло на волнах гнева. – Пришла с бессовестными глазами в больницу. Я высказала ей все, что думаю, и выставила.

– Лиза приходила в больницу? – удивилась Элис, едва выровняв дыхание. Такого поворота она никак не ожидала. Весь ее безупречно собранный пазл разлетелся на куски и дополнился новыми деталями.

– Я ее на порог не пустила, – довольно изрекла Ирина Борисовна, вспомнив тот самый момент и последующий разговор с врачом. Ей предлагали лечение в столице, но она настояла на Канаде. – Я сына заграницу увезла от нее подальше! Все сделала, чтоб она отцепилась, но ее так просто не вытравить. – Злость застилала глаза, Царева нервно сглотнула и продолжила свою исповедь. – Столько лет игнорировала ее сообщения, но она все равно настырная, продолжает писать. Дура!

– Какая же вы…

– Какая? – Ирина Борисовна гневно всплеснула руками. – Я своего сына защищала! Единственного! Вот будет у тебя сын… – Она замолчала, подбирая слова, чтобы побольнее уколоть. – Хотя с такими наклонностями тебе это не светит.

– Оставьте мои недостатки на потом, – процедила Элис сквозь зубы.