Красавица и чудовище

Ведь никогда прежде не работал с такими маленькими игроками, попросту не знал всей специфики тренировок и обучения. Когда-то давно даже мечтал открыть свою хоккейную школу, но отложил эту идею в погоне за прибылью.

Шальная мысль попробовать вложить деньги в Женю внезапно возникла в голове и теперь не давала покоя. Он с легкостью мог определить парня в школу олимпийского резерва, поговорить со знакомыми тренерами, начать раскручивать его и нанять агента. Стандартная схема, которую Гилберт использовал уже много лет. Для Жени это был бы совсем другой уровень – в Москве возможностей гораздо больше.

Но Алекс не был готов скрупулезно принимать столь серьезные решения, ему, как и любому другому бизнесмену, необходимо было просчитать все риски и возможные потери, посоветоваться с Элис, в конце концов. Слишком большая ответственность и немалые деньги стояли на кону. Но он подходил к этому вопросу не только с финансовой стороны, но и с творческой. Как бывший хоккеист, прекрасно знал особенности этого вида спорта, да и вообще, большого спорта в целом и не отрицал возможные негативные последствия, боялся навредить ребенку.

Углубившись в раздумья, Гилберт быстрым шагом двигался к выходу с трибун и едва не сбил с ног вошедшую Краснову, но даже не обратил на нее никакого внимание и молча прошел мимо.

Она оглянулась, метнув ему в спину уничтожающий взгляд, гордо расправила плечи и спустилась к скамейке команды. Раздражение от утренней перепалки никуда не делось, по-прежнему острой занозой в сердце колола обида, но Лиза не намерена была уподобляться Максу и сыпать проклятья на голову обидчика. Перекинувшись с тренерами несколькими дежурными фразами, она заняла свое место на трибуне, привычно наблюдая за тренировкой команды."

"Краснова пристально осматривала каждого игрока на наличие каких-либо травм и отмечала их общее состояние здоровья. Без труда выследила в общей толпе одинаковых футболок сына и на какое-то время сконцентрировала свое внимание на нем, искренне радуясь его успехам. Но, заметив на его ногах новые коньки, она тут же изменилась в лице: улыбка медленно сползла, брови нахмурились. Нервная дрожь ледяными хрусталиками рассыпалась по коже, неприятно покалывая. Ярость, только недавно утихшая под давлением здравого смысла, вновь взметнулась в душе, требуя выхода.

Сопротивляться негативным эмоциям не осталось сил, Лиза попыталась взять себя в руки и успокоиться, но ничего не получилось. Поддавшись порыву, вышла в коридор с ярым намерением пообщаться с Гилбертом. В его причастности к обновке сына она нисколько не сомневалась.

Злость распирала изнутри, вынуждая двигаться быстрее. Стремительно преодолевая метр за метром, Краснова уверенно приближалась к цели.