Королевство гнева и тумана

Магическая сила не должна застаиваться. Она должна течь, как вода в реке, иначе я могу потерять рассудок. Потому мы и называем иллирианские камни сифонами. Они помогают направлять силу в русло и при необходимости сбрасывать ее.

— От этого действительно можно потерять рассудок?

Покончив с жарким, я взялась за мясной пирог.

— Так меня когда-то предостерегали. Если я долгое время не выплескиваю магическую силу, начинаю чувствовать ее бурление.

— Какой ужас.

Он снова пожал плечами:

— В этом мире, Фейра, все имеет свою цену. Магическая сила помогает мне защищать мой народ, без нее это было бы невозможно. И если ради той же цели я должен бороться с той же силой, я не возражаю. Амрена научила меня очень многому по части управления магией. Я ее вечный должник. Пока мы здесь, Веларис под надежной защитой. За это я тоже должен благодарить Амрену."

"Все, кто окружал Риза, владели чем-то удивительным и могущественным. Только я одна представляла собой… странную смесь унаследованных способностей. Пока что они доставляли мне больше хлопот, чем пользы.

— И вовсе ты не странная смесь, — сказал он.

— Не смей читать мои мысли!

— Я бы и рад не читать, но ты их выкрикиваешь через нашу нить. И потом, обычно все написано у тебя на лице. Надо лишь уметь смотреть. Кстати, потому твое представление перед Ласэном и оказалось столь впечатляющим.

Риз доел жаркое, когда я проглотила последний кусок мясного пирога. Я откинулась на подушки, зажав бокал во все еще озябших руках. Я потягивала вино, глядя, как Риз ест пирог.

— Ты думал, я соглашусь уйти с Ласэном?

Риз чуть не выронил кусок.

— Я слышал весь ваш разговор. Я знал: ты способна за себя постоять. И тем не менее…

Он торопливо прожевал и продолжил:

— Я решил: если ты примешь его руку, я найду способ это пережить. Поскольку это был бы твой собственный выбор.

— А если бы Ласэн насильно меня похитил? — спросила я.

В глазах Риза мелькнула знакомая мне стальная решимость.

— Тогда бы я перелопатил весь мир, не оставив камня на камне, но вызволил бы тебя из их лап.

Меня прошибла дрожь.

— Я бы выстрелила в него, — сказала я. — Если бы он посмел на тебя напасть, я бы пустила стрелу.

В этом я не признавалась даже себе.

— Знаю, — ответил Риз, и его глаза вспыхнули.

Он доел пирог, затем снова наполнил наши бокалы. При его росте ему приходилось сгибаться в дугу, чтобы не удариться головой о косой потолок.

— Откровенность за откровенность, — сказала я. — Только не проси меня устраивать трюки.

Риз хрипло рассмеялся и залпом осушил бокал. Теперь он наблюдал, как я неспешно пью вино.

— Знаешь, о чем я думаю, когда смотрю на тебя? — спросил он, следя за движением моих губ и языка. — У меня появляется ощущение, что я умираю. Дыхание перехватывает. Я думаю о том, что отчаянно тебя хочу.