Королевство гнева и тумана

— Фейра, — хрипло, будто сорвав голос от крика, произнес он.

— Да, это я.

Он вгляделся в мое лицо, в свою когтистую руку на моем горле и тут же ее убрал.

Я лежала, глядя, как он стоит на коленях и растирает себе лицо. Мои вероломные глаза отважились опуститься ниже груди, и тут мое внимание привлекла двойная татуировка на его коленях: высокая гора, увенчанная тремя звездами. От татуировок веяло жестокой красотой.

— Тебе снился кошмар, — сказала я, садясь на постели.

Внутри меня словно прорвалась запруда. Я взглянула на свою руку и приказала ей исчезнуть в тени. Она исчезла.

Затем легким усилием мысли я снова разогнала тьму.

Однако руки Риза по-прежнему оканчивались длинными черными когтями, а его ноги… и на них тоже были когти. Крылья он убрал назад и опустил. Насколько близок он был к полному превращению в зверя, которого, по собственному признанию, сделанному однажды, ненавидел?

Риз опустил руки. Когти исчезли внутри пальцев.

— Прости, — прошептал он.

— Ты поэтому ночуешь здесь, а не в Доме ветра? Не хочешь, чтобы другие это видели?

— Обычно все это не выходит за пределы комнаты. Прости, что разбудил тебя.

Мне отчаянно хотелось дотронуться до него, и потому я сложила руки на коленях.

— И часто это у тебя бывает?

Фиолетовые глаза Риза заглянули в мои. Ответ я узнала раньше, чем услышала:

— Не реже, чем у тебя.

— Что тебе снилось? — спросила я, с трудом сглатывая.

Он покачал головой, глядя в окно. На окрестных крышах лежал тонкий слой снега.

— Это воспоминания времен Подгорья. О них, Фейра, лучше никому не рассказывать. Даже тебе.

Риз и так рассказал мне немало ужасного. Значит, мучившие его кошмары были еще страшнее. Стараясь не замечать наготы, я дотронулась до его локтя и сказала:

— Если тебе когда-нибудь захочется поговорить, позови меня. Я не стану рассказывать никому.

Я хотела встать с кровати, но Риз схватил меня за руку:

— Спасибо.

Я посмотрела на его руку. На его измученное лицо. Сколько в нем было боли и неимоверной усталости. Такое лицо Риз тщательно скрывал от глаз других.

Я встала на колени и поцеловала его в щеку, мои губы коснулись теплой, мягкой кожи. Все окончилось раньше, чем началось. Но как часто, проснувшись после кошмарного сна, я хотела, чтобы кто-то вот так же поцеловал меня в щеку.

Он смотрел, как я слезала с кровати, не пытаясь меня удержать. У двери я остановилась и еще раз взглянула на него.

Риз по-прежнему стоял на коленях, разметав крылья по белым простыням и склонив голову. Почти всю его золотистую кожу покрывали узоры татуировки. Темный павший принц.

У меня в мозгу мелькнула картина, написанная красками.

Мелькнула и застыла на какое-то время, пока не начала тускнеть. Но совсем она не исчезла. Она слабо мерцала, заполняя невидимую дыру в моей груди.