Королевство гнева и тумана

Я улыбнулась, памятуя слова, что говорила ему раньше, и ревностное отношение Риза. После нашего тоста «за звезды» мы мало общались. По вечерам Риз вкратце рассказывал о дневных переговорах и безуспешных попытках найти хотя бы малейшую зацепку, связанную с Книгой. Мы и виделись мало, поскольку каждый занимался своим делом.

— С удовольствием, — подхватила я. — Здорово было бы прогуляться утром по той дороге, что уходит на сушу. Я и не знала о ее существовании, а сегодня как раз вернулась во дворец в час отлива и увидела. Там еще небольшое здание стоит. Я все смотрела и пыталась понять, что же это такое.

Крессэда, общавшаяся с Амреной, умолкла. А я, глотнув вина, продолжала:

— Ваш островной город я уже осмотрела почти весь. Теперь можно и по суше погулять. Заодно, по пути, и это странное здание посмотреть.

Таркин мельком взглянул на Крессэду. Вот и подтверждение, в котором я нуждалась.

Похоже, там действительно скрывалось то, что мы безуспешно искали.

— Это развалины храма, — вежливо, с деланым равнодушием сообщил мне Таркин.

«Вранье. Так обычно взрослые отвечают детям, чтобы больше не приставали»."

"— Там сейчас ничего интересного. Сплошной ил, грязь и водоросли. Мы много лет собирались восстановить храм, а теперь появились дела поважнее.

— В таком случае лучше отправиться по мосту. Грязи мне вдоволь хватало в другом месте, — сказала я.

«Вспомни, что я спасала тебя, когда сражалась с Мидденгардским червем. Забудь про угрозы».

Таркин смотрел на меня. Пристальнее обычного.

Я мгновенно метнула в него свою молчаливую, скрытую силу — копье, нацеленное в его разум и настороженные глаза.

Конечно же, в его разуме тоже стоял заслон, показавшийся мне стеной из морского стекла и кораллов, окруженной высокими морскими волнами.

И тогда я превратилась в море, стала шепотом волн, бьющихся о камень, отблеском солнца на белых крыльях чайки. Я стала Таркином, заслоном в его мозгу.

А когда я проникла внутрь, за мною потянулась темная нить — мой проводник на случай срочного отступления. Я позволила интуиции, определенно доставшейся мне от Риза, вести меня вперед. Я увидела то, что требовалось увидеть.

Словно мелкие камешки, по мне ударяли мысли Таркина. «Почему она спрашивает о храме? Из всех мыслимых вопросов она задала этот…» А вокруг меня собравшиеся продолжали есть, в том числе и я. Находясь в чужом теле, в другом сознании, я заставила свое лицо учтиво улыбаться.

«Почему вообще они так стремились посетить нас? Зачем расспрашивали о сокровищнице?»

Мои мысли стали волнами, которые я посылала в разум Таркина, вымывая его собственные.

«Она не представляет никакой опасности. Она добрая, печальная, сломленная пережитым. Ты видел, как она ведет себя с твоими подданными. С тобой. Амаранта не уничтожила в ней доброту».