Королевство гнева и тумана

Добравшись до главной палубы, я нашла тенистый уголок и облокотилась на деревянные перила. Плавучий дворец не имел ни парусов, ни гребцов — двигался за счет магической силы. Он скользил с удивительной плавностью, почти не оставляя волн за бортом.

Последний час торжества в нашу честь мне удалось провести в одиночестве. Лишь потом, когда судно подошло к гавани островного города, я поймала себя на том, что все это время подспудно ждала Риза.

На берег я сходила в последних рядах. Амрена, Вариан и Таркин дожидались меня. Все трое держались с некоторым напряжением.

Ни Ризанда, ни Крессэды на причале уже не было.

Глава 34

Хвала богам: из-за закрытой двери его комнаты не доносилось никаких звуков. Не слышалось ничего и среди ночи, когда меня вытолкнуло из кошмарного сна. Мне снилось, будто меня поджаривают на вертеле. Я села на постели и не сразу вспомнила, где нахожусь."

"В открытые окна светила луна. Ее свет разливался по необъятной глади притихшего моря. Было тихо. Удивительно тихо.

В моей голове завертелись мысли, далекие от этой тишины и безмятежности. Я — орудие. Моя задача — найти половину Книги Дуновений, дабы правитель Сонного королевства не смог уничтожить стену, воскресить Юриана и начать страшную войну, способную уничтожить Притианию и мир смертных. Новая война погубила бы и этот город, и верховного правителя, который готов изменить многовековой порядок вещей.

Я вдруг затосковала по Веларису, по его огням, музыке и Радуге. Я тосковала по уютному теплу дома Риза, куда так приятно было вернуться после суровой зимы в смертном мире. Я скучала… по странному маленькому сообществу, называемому внутренним кругом.

Возможно, крылья, заботливо прикрывшие меня, строчки на исчезающем и появляющемся листе были всего лишь проверкой. Риз хотел убедиться, что его орудие в полном порядке, без непоправимых поломок.

Что ж, честная позиция. Мы не связаны никакими обязательствами, кроме моего обещания помогать ему и сражаться на его стороне.

Риз вполне мог оставаться моим другом. Спутником, соратником. Наша связующая нить ни к чему не обязывала. И то, что он уложил кого-то к себе в постель или сам улегся в чью-то, ничего не меняло.

Я вдруг подумала, что Риз одинок ничуть не меньше меня. И эта мысль принесла недолгое успокоение.

У меня не хватило решимости выйти из комнаты на завтрак и посмотреть, вернулся ли Риз.

Или узнать, с кем он отправился завтракать.

Есть мне не хотелось, и я сказала себе, что вполне могу валяться в постели до полудня. До второго завтрака я дотерплю, а потом мы с Таркином отправимся смотреть его сокровища. Я валялась, пока не пришли служанки. Увидев меня в постели, они извинились и уже хотели уйти, но я их задержала, сказав, что пойду мыться, а они пока могут прибраться.