Я и Орки 2. Звёздная Кобылица (СИ)

А потом развернул к себе, улыбнулся знакомой усмешкой и открыл свою шею для меня. Я довольно улыбнулась, лизнула его кожу, он сжал меня до хруста в рёбрах. Мой, ты мой! Сладкая, полная жизни и шальной энергии, кровь моего райши прошла лавой по внутренностям. Мы рычали, стонали и сходили с ума от удовольствия. Я спустилась с его шеи на грудь, втянула его сосок в рот. Стон, шальной блеск в глазах. Теперь живот, а вот сейчас… Невероятно, безумно и сказочно пить тьму! Я облизалась, как кошка, налакавшаяся сливок. Мой персональный бог поднял меня с колен, пристально посмотрел в глаза.

— Наэйни… Я помогу вам, тебе, — уточнил он, — Потом мы расстанемся. Навсегда!

— Нет! Почему? — я всхлипнула от предчувствия горького расставания.

— Ты не должна знать всё, помнишь? Твой эмисс — мудрый змей, слушай его, — и пропал! Медленно, ласково, обнял меня мой райши, теперь это был он.

— Может так будет лучше… — прошептала я в острое ухо охотника, — Я увлеклась им так сильно, что забыла о вас, Ирри.

— Он позволил чувствовать… Я был с тобой.

— Идём? — магия в секунду вернула нам прежний вид, даже одеваться не пришлось. И штаны сшивать, которые превратились в лоскуты… Как мне хорошо с ним!

— Мы нашли её, Таини! — сказал Сшан и вынес мне что-то сверкающее. Копыто! Изящное, перламутровое, с серебристым отливом. Я всхлипнула от жалости к кобылице.

— И как теперь выйти? — спросила я в пространство. Оно ответило нам с помощью огонька, пущенного на поиски. Наш наниматель отчётливо указывал вверх. Ну, ясно, что не вниз!

Мы смотрели на сети, которые вытащили из сумки. Я оглядела пухлые бока своей злодейки. Спёрла что?

— Из червя выпали самоцветы и много чего ещё! — сообщил Рашш, — Мы не успели и рассмотреть их, как она уже доедала последний!

— А мне покажешь? — хитрый прищур бахромы, потом мне выплюнули один камень. Матерь божья! Огромный и чистый, как слеза рубин не уместился даже в двух ладонях! — Мы богаты!

— Мы распутали сети, теперь твоя очередь, с-сладкая!

Я погладила полоски шоора, теперь уложенные рядами на камнях. Чем больше я их гладила, тем ярче они светились. Наконец, они налились сочной зеленью и обрадовали меня процессом деления. Таурелль придушенно вскрикнул, наги гордо переглянулись. Я довольно показала Ирнанну волокна.

— Хватит? Или ещё погладить? — все захмыкали. А брюнет так и вовсе ел меня и надкусывал все самые вкусные места. Я часто задышала и посмотрела ему в глаза.

— Рано ещ-шё! Он не доказал с-свою верность! — зашипел змеёю мой алый эмисс, — Вот пройдёт с нами Пус-стыню — тогда бери!

— Пройду! Ради моей богини я пройду всё, что угодно, — в конце фразы его голос стал бархатным и таким тягучим. Я моляще посмотрела на Рашша. Скривился. И ещё один взгляд. Ещё больше скривился.