Барышня и хулиган

Зинка испуганно перевела взгляд с него на меня и сказала растерянно:

— Я в ваши дела не лезу, и вообще…

— Зина, — сказал Шальнов, поймав ее за руку, — ты сама только что сказала, под горячую руку я могу и начудить. Давай не зли меня.

— Я ничего не знаю, — пискнула Зинка.

— Даже имя? Спорим, отгадаю с третьего удара?

— Пусти, придурок, — заорала она, но Шальнов держал ее крепко.

— Что за выражения… Ну, так как зовут благодетеля?

Взгляд ее метнулся в мою сторону, я пожала плечами:

— Да скажи ты ему, пусть подавится.

— Вот сама и говори.

— Он тебя хочет поколотить, а не меня, чего ж напрягаться.

— Ну, Катька, — взвыла Зинка, вздохнула и сказала почти спокойно:

— Имя я не знаю, не помню, то есть какое-то старинное, вроде Герасима. У нее спрашивай, если очень интересно. Он звонил сюда, я трубку брала, по голосу слышно, что старик, я Катьку подколола, а она сказала: денежный мешок и может на ней жениться. А теперь валите оба отсюда и чтоб я вас больше не видела.

Мы покинули комнату, Мишка насвистывал, а я с сомнением посматривала на него.

— Что у тебя за привычка кулаками махать?

— Я ж шутил, — удивился Мишка. — Вообще-то я на редкость добрый парень, меня обожают бабы и собаки.

— Идиот, — рявкнула я.

Мы вернулись за стол и просидели в молчании до часу ночи. Мишка за это время уговорил бутылку коньяка и начал что-то напевать себе под нос.

— Долго нам еще сидеть? — не выдержала я. Он взглянул на часы.

— Наш шантажист явно не торопится. Вот что, поехали отсюда.

— В записке сказано вечером, а уже ночь. Сидеть здесь до утра мы не обещали. Дяде придется написать еще записку, глядишь, сваляет дурака, и мы его прихватим.

Эти рассуждения показались мне весьма сомнительными, но возражать я не решилась, потому что своих идей у меня не было, день оказался чересчур насыщенным событиями, и я едва держалась на ногах, оттого очень хотела поскорее покинуть это заведение. Уже стоя на крыльце, я вдруг вспомнила, что мы на машине и Шальное, судя по всему, собирается сесть за руль, а между тем на моих глазах он выхлестал бутылку коньяка.

— Лучше нам взять такси, — заметила я, косясь в его сторону.

— С какой это стати? — удивился он.

— Ты ничего не слышал о том, что в подпитии за руль садиться не стоит? — съязвила я, а Мишка в очередной раз обиделся.

— Это кто в подпитии?

— Слушай… — сунув руки в карманы брюк, наставительно изрек он, но я перебила:

— Разумеется, ты можешь ехать на машине, а я отправляюсь на такси.

Мишка загрустил и сказал со вздохом:

— По-моему, это глупо.

— Это ты у нас лезешь в умники, а я человек скромный и…

— Стоп, — поднял он палец. — Тебе не говорили, что у тебя чрезвычайно обширный словарный запас? А я очень покладистый парень и почти никогда не спорю.