Хмель и Клондайк

Послышалось негромкое гудение, потом невесть откуда раздался голос Ермолова:

– Да?

– Охрана, – представился парень и нажаловался: – Ваш посетитель с оружием.

– Свободны, – коротко бросил хозяин особняка, и сразу щелкнул замок и слегка приоткрылась калитка.

Я распахнул ее, втянул санки во двор, захлопнул дверь и направился к застекленной входной группе. Смотрелись панорамные окна на фоне высоких сугробов несколько даже сюрреалистично, но если можешь себе позволить – почему нет?

Ермолов встретил меня с распростертыми объятиями. Натуральным образом обнял, похлопал по спине, занес в дом один из ящиков.

– Ну и ветер! – выдохнул я, стянул перчатки и растер покрасневшие щеки.

– Не вопрос! – подмигнул хозяин особняка, ушел в комнату и вернулся с рюмкой коньяка. – На-ка накати!

Я от выпивки отказываться не стал. Знал куда шел, да и продрог. Выпил, выдохнул, вернул рюмку Ермолову и снял куртку.

– Так, секунду! – Александр похлопал меня по поясу и вдруг задрал толстовку. – Нормально ты прибарахлился! – хмыкнул он при виде кобуры с револьвером. – Я тоже хочу!

– Да, отличная толстовка, – усмехнулся я. – «Harmont&Blaine». Могу магазин подсказать.

– Я про ствол. Не боишься с ним залететь?

Я разулся, потом достал удостоверение резервиста и протянул его Ермолову.

– Мы теперь коллеги практически.

– Нормально ты устроился! – только и покачал головой Александр. – Какой калибр, почем брал?

– Четыреста десятый и сорок пятый длинный подходит, – сообщил я. – А во сколько обошелся, не знаю, на неделе счет придет.

– У соседа брал?

– Ну да.

– Надо тоже к нему заглянуть. Познакомишь?

– Не вопрос.

Мы унесли коробки с пивом в холодную комнату, и Ермолов спросил:

– Ты какое пить будешь?

– Ржаное, пожалуй.

Тогда Александр взял пару бутылок портера и одну имперского стаута.

– Мешать собрался? – удивился я.

– Да не, – махнул рукой хозяин особняка. – Гость у меня. Почему, думаешь, пиво кончилось?

– А твои где?

– У родителей супруги гостят. Пошли, посидим хоть нормально.

Посидеть Ермолов решил в просторной гостиной с камином, панорамным окном во всю стену и уходящей на второй этаж лестницей, из-за чего комната занимала сразу два этажа. Стены были отделаны деревянными панелями, и за счет этого обстановка лишалась большей части своей пафосности, возникал уют. Понемногу начало темнеть, но пока хватало отблесков гудевшего в камине огня. Свет не горел.

Гостя Ермолова в комнате не оказалось, и главный пограничник унес бутылку стаута к окну, где выставил ее на пол. За это время я разлил портер по широким кружкам и уселся в удобное кожаное кресло."

"– За встречу? – предложил Александр.

– Давай!

Мы выпили, и хозяин дома спросил:

– Как дела вообще?

– Не жалуюсь.