Хмель и Клондайк

Кстати, о Кузьминке… мы с ним сидели за тем же столом, за каким обсуждали отъезд. Интересно…

Был у меня товарищ из известного ведомства, которое боролось в свое время с организованной преступностью. И вот он рассказывал, что они часто ставили прослушку в тех кабаках, которые крышуются братвой. Потому что старшие у братвы всегда сидели за одними и теми же столами, а там редко кто микрофоны искал.

А не оставил ли Кузьминок микрофончик на память? У нас же паб Хмеля как клуб, и садимся мы обычно за один и тот же столик. Вот это проверить бы надо.

Убитого с автоматом по документам звали Мясниковым Игорем Сергеевичем, я помню. Документы, наверное, нормальные, потому что иначе так просто бы через КПП не проехал, а новые эти удостоверения личности не подделаешь, говорят, так что или он на самом деле Мясников, или представляет кого-то, кто может сам выписать документы на другое имя. Кузьминок может, я думаю.

Черт, «сабербен» на прицепе разгоняться не дает, скорость буксировки машины с автоматом не выше сорока. Действительно хорошо, что недалеко отъехали.

Хмель. Самые события

Вторник

Утро. Я люблю просыпаться утром, когда Ирина работает во вторую смену и нет необходимости вставать ни свет ни заря и провожать ее в госпиталь. Можно поваляться в постели и получить заряд позитива на весь оставшийся день.

Но получали мы заряд позитива ровно до тех пор, пока я не выбрался из-под одеяла и не разложил на столе семь традиционных пилюль.

– Сегодня позвоню и скажу, на какое время тебя записала, – объявила тогда Ирина.

Я едва не подавился фиолетовой горошиной."

"– Ты это серьезно? – повернулся к подруге, которая собрала разложенную на стуле одежду и ушла в ванную комнату приводить себя в порядок.

– Если не придешь, на дальнейшие медосмотры с моей стороны можешь больше не рассчитывать.

Я вздохнул:

– Ладно, звони, – и отправился в бар.

Кивнул стоявшему за стойкой Ивану и разжег печь, поэтому, когда спустилась Ирина, завтрак уже был готов.

– Хорошо иметь мужа – владельца бара! – рассмеялась девушка, усаживаясь за стол.

– Чего тогда не переезжаешь? – спросил я, наливая чай.

– В моем возрасте начинаешь ценить комфорт, – заявила Ирина и поправила нацепленный на золотую цепочку листок-кулон. – Мне удобно жить рядом с работой. А здесь мы с тобой на второй день друг другу в глотку вцепимся. И кому от этого лучше будет?

– Как скажешь, – пожал я плечами, потом спросил: – А нет желания вернуться в нормальный мир?

– И кем там будет работать специалист по магическим патологиям?

– А зачем работать? Просто лежать на пляже, пить коктейли. Чем не красота?

– Слава, – мягко улыбнулась девушка, – даже если такое чудо вдруг случится, мне оно и даром не нужно.