Хмель и Клондайк

– Цвет и узоры зависят от внутренней энергетики владельца и строго индивидуальны, – сообщила девушка-консультант. – Со временем он может меняться, и чем дольше человек носит кулон, тем больше нюансов открывается и тем сложнее становится цветовая гамма. Дополнительно заряжать камни нет необходимости, они реагируют на биоволны организма.

– Подумать только! – вздохнул я и полез за чековой книжкой. – Гравер работает? Хочу добавить посвящение.

– Все для вас, Вячеслав Владимирович, – улыбнулась заведующая. – Оплачивайте и проходите.

Я так и сделал.

Небольшая комнатушка гравера была погружена в полумрак, только горела настольная лампа с креплением для алхимических светофильтров. Сам мастер сидел за столом и разглядывал в увеличительное стекло порванный браслет.

– Здравствуйте, дядя Миша, – поприветствовал я старика, седого и бодрого, который не только делал гравировки, но и чинил ювелирные украшения по гарантии и за дополнительную плату.

– Слава! – обрадовался мастер. – Надумал расширяться?

Я выглянул в коридор, прикрыл за собой дверь и покачал головой:

– Нет, диверсификация бизнеса на повестке дня стоит.

– То есть червонцы больше не актуальны?

– Продолжаю работать по серебру, но «соболи» примелькались.

Гравер отложил лупу, нацепил на нос очки и покачал головой:

– Нешто Клим стабильные поставки обещает?

Врать старому знакомому не хотелось, поэтому привычно отделался полуправдой:

– Одна только часть ПВО в Туманном все затраты отобьет, даже в прибыль выйдем. А тамошние свалки? Работы непочатый край!

– Палладий, платина появятся – не забывай старика."

"– Над технологией еще работаю, – сообщил я, усаживаясь на гостевой табурет, достал из кармана массивную серебряную монету с двуглавым орлом на реверсе и Георгием Победоносцем на аверсе. – Сделаете?

– Сделаю, но не быстро, – решил мастер, оставляя трехрублевку себе.

Я кивнул и примерными сроками интересоваться не стал. Дядя Миша был знаком мне еще по Братству, он всегда ставил во главу угла качество, а не скорость исполнения заказа. Начальство его за это не жаловало, но лучшего мастера для этой работы было не сыскать. А заслуживающего доверия – и подавно.

– Это все? – спросил гравер, возвращаясь к порванному браслету.

– Думаю, не стоит портить совершенство идеала дарственной надписью? – продемонстрировал я ему кулон.

– Тратить мое время на подобную банальность не стоит совершенно точно, – объявил мастер, – но если спросят, я поставил тебя в расписание на следующую неделю. Раньше все занято.

– Зайду, – пообещал я, отсалютовал на прощанье граверу и отправился домой.