Гарри Поттер и Кубок Огня

А рядом, во главе стола сидел директор школы профессор Дамблдор. Его серебристая шевелюра и длинная борода мерцали в свете сотен свечей, роскошные зелёные одежды были расшиты звёздами. Дамблдор опустил подбородок на скрещенные пальцы и, задумчиво глядел вверх сквозь очки в оправе полумесяцем. Гарри тоже взглянул на потолок. Этот волшебный потолок выглядел как настоящее небо. По нему медленно плыли фиолетово-чёрные облака и, когда с улицы раздался очередной раскат грома, на нём сверкнула молния.

— Ну где они там, — простонал Рон, — я готов слопать гиппогрифа!"

"Едва он это произнёс, как двери Большого Зала распахнулись, и наступила тишина. В зал вошла профессор МакГонагалл, а за ней гуськом следовали новички. Гарри, Рон и Гермиона были совершенно сухими по сравнению с несчастными первогодками. У них был такой вид, как будто они не ехали в лодках через озеро, а переплывали его. Малыши тряслись от холода и страха. Они выстроились в ряд перед столом преподавателей лицом к остальным ученикам, — все, кроме одного — маленького мальчика с пепельного цвета волосами, закутанного в кротовую доху Хагрида. Доха была такой огромной, что, казалось, он завёрнут в чёрный меховой ковёр. Его маленькое личико, выглядывающее из-под громадного воротника, лучилось болезненным любопытством. Когда наконец мальчик поравнялся со своими испуганными одноклассниками, он глазами отыскал в толпе Колина Криви, показал ему обеими большими пальцами «Во!» и беззвучно сформировал губами слова: «Я упал в озеро!». — Лицо его при этом выражало полнейший восторг.

Между тем профессор МакГонагалл установила табуретку о трёх ногах перед первогодками, а на неё положила древнюю, грязную и залатанную остроконечную шляпу. Первогодки уставились на шляпу, а за ними и весь зал перевёл на неё глаза. Наступила полная тишина. Но вдруг прореха у полей шляпы открылась, как рот, и шляпа запела:

(стихи переводятся одним из наших талантливых переводчиков, которые переводил стихи для первой книги, и они появятся позже)

A thousand years or more ago,

When I was newly sewn,

There lived four wizards of renown,

Whose names are still well known:

Bold Gryffindor, from wild moor,

Fair Ravenclaw, from glen,

Sweet Hufflepuff, from valley broad,

Shrewd Slytherin, from fin.

They shared a wish, a hope, a dream,

They hatched a daring plan

To educate young sorcerers

Thus Hogwarts School began.

Now each of these four founders

Formed their own house, for each

Did value different virtues

In the ones they had to teach.

By Gryffindor, the bravest were

Prized far beyond the rest;

For Ravenclaw, the cleverest

Would always be the best;

For Hufflepuff, hard workers were

Most worthy of admission;

And power-hungry Slytherin

Loved those of great ambition.

While still alive they did divide

Their favorites from the throng,

Yet how to pick the worthy ones

When they were dead and gone?

'Twas Gryffindor who found the way,

He whipped me off his head

The founders put some brains in me

So I could choose instead!

Now slip me snug about your ears,

I've never yet been wrong,

I'll have a look inside your mind

And tell where you belong!

Большой зал дружно разразился аплодисментами, когда Распределяющая Шляпа допела свою песню.