Кромешник и его светлое чудо

Возможно, он бы мог пробить тело сильного мужчины насквозь, если бы призвал Тьму. Только зачем ему это?

Девушку нашли на берегу реки. Она лежала у самой кромки воды — длинные волосы полоскал быстрый поток. Алое платье бесстыдно трепал ветер, оголяя стройные белые ноги.

Невыносимо, что их видят все. Неправильно.

Он первым сбежал вниз и сбросил рубашку ей на ноги, прикрывая.

— Агнешка упала с обрыва, умерла сразу, ударившись затылком о камень, — сообщил кто-то из магов.

Он так и не понял, кто именно. В голове стучала набатом мысль: огонек умерла… умерла!

— Бедная девочка, — прошептал кто-то в толпе. — Такая ловкая и сильная — и неловко упала.

— Даже с фрегами это случается.

Он не верил. Не случается! Эта кошка — воплощенная грация, она не могла упасть с обрыва!

Ее столкнули. Кто?

Странно… Почему прошедшая ночь в его памяти, как старое одеяло, из лоскутов и в дырах?

***

Я открыла глаза.

Дома! Я нахожусь в своей спальне. Какое же это счастье!

Убитая девушка в красном мне приснилась. Страшный, невероятно реалистичный кошмар. Чего только не привидится, когда болеешь.

Я попыталась встать и опять не смогла. Дурацкая простуда!

— Барт, иди сюда, — голос охрип, и я позвала шепотом.

Но шмырь услышал и, прибежав, запрыгнул на постель. Ткнувшись холодным носом в щеку, он издал полный недоумения мявк.

Мне хватило сил, чтобы почесать свою персональную нечисть между ушей.

— Позови Хельену, пожалуйста.

Шмырь убежал, а я провалилась в дремоту, надеясь, на этот раз странных сновидений не будет.

А сновидения ли это были?

Мысль взбодрила, я открыла глаза.

Слишком много деталей, которые сложно выдумать; небольшой городок, быстрая река с крутым, каменистым берегом, праздник. Что это мешанина из моих же воспоминаний, не верилось. Не посещала я подобных мест, чтобы они мне снились.

Тогда, что это было? Чужие трагичные воспоминания? Чьи-то кошмары? И в первом, и во втором случае мне не нравится, что я их вижу. Почему я должна проникнуться чужими эмоциями?

О! А еще там было о молодом кромешнике, который только готовился пройти посвящение в храме Тьмы. Это ведь не о моем загадочном спасителе?

Хм... Как же все странно.

Рука, в том месте, где то появлялась, то исчезала странная татуировка, потеплело. Будто солнышко ласковое взошло и согрело своими лучами, успокаивая и заверяя, что все будет хорошо.

Как же эту татуировку называли? Солем? Точно, солярно-цветочный знак.

Не заметила, как снова уснула. В этот раз, к счастью, без сновидений.

— Фил... Филиппа!

Кто-то настойчиво меня звал. Но поднять веки, когда они, кажется, весят тонну? Не в силах я.

— Очнись, Фил, иначе сгоришь!

В доме начался пожар? А как же артефакты защиты? От урагана, землетрясения, наводнения, поджога и взрывов. О! Мои артефакты! Нужно их спасать.