Двор Тумана и Ярости

Весь остальной мир растворился в тумане, когда до меня дошел смысл его слов.

— Ты ревнуешь.

Он покачал головой, затем отошел к небольшому столу у дальней стены и выпил залпом стакан янтарной жидкости. Он уперся руками в стол, мощные мышцы его спины задрожали под рубашкой, когда тень его крыльев изо всех сил попыталась принять истинную форму.

— Я слышал, что ты сказала ему, — прошептал он. — Что ты думаешь, что в него было бы легко влюбиться. И ты сказала это искренне.

— И что? — единственное, что я придумала, чтобы ответить.

— Я позавидовал… этому. Что я не… такой человек. Ни для кого. Летний Двор всегда сохранял нейтралитет, они проявили мужество лишь один раз в период тех лет Под Горой. Я спас жизнь Тарквина, потому что слышал, как он хотел уравнять права между Высшими Фэ и низшими фейри. Я пытался сделать это на протяжении многих лет. Безуспешно, но… Я спас его именно поэтому. И Тарквин с его нейтральным двором… Ему никогда не придется беспокоиться о ком-то, покидающем тебя из-за угрозы ее жизни, жизни ее детей, которая всегда будет существовать. Поэтому, да, я позавидовал ему, потому что для него это всегда будет легко. И он никогда не узнает, каково это — смотреть на ночное небо и мечтать.

Двор Грез.

Люди, которые знали, что была цена, и ее надо было заплатить за эту мечту. Незаконнорожденные воины, иллириец-полукровка, монстр, заключенный в ловушку прекрасного тела, мечтательница, рожденная во дворе кошмаров… И охотница с душой художницы.

И, возможно, потому что это была самая ранимая вещь, которую он когда-либо мне сказал, возможно, потому что из-за нее мне жгло в глазах, я подошла туда, где он стоял около маленького бара. Я не смотрела на него, взяв графин с янтарной жидкостью и сначала плеснув себе немного, а затем снова наполнив его стакан.

Но я встретила его пристальный взгляд, чокнувшись с его стаканом — хрустальный звон был четким и звонким, по сравнению с шумом моря внизу, и сказала:

— За людей, что смотрят на звезды и мечтают, Рис.

Он поднял стакан, и его взгляд был настолько пронзительным, что я задалась вопросом, почему вообще трудилась краснеть для Тарквина.

Рис чокнулся стаканом с моим.

— За звезды, что внемлют и мечты, которые исполняются.

Глава 35

Прошло два дня, каждое мгновение которых было подобно балансированию на грани правды и лжи. Рис позаботился, чтобы я не была приглашена на заседания, которые он и Амрен устраивали, чтобы отвлечь моего добродушного хозяина и подарить мне время, чтобы я прочесала город в поиске любого намёка на Книгу.

Но не со слишком большим рвением, не слишком тщательно.