Мистер Смерть и чокнутая ведьма

Поначалу психанула, конечно, но все же своими собственными руками себя пощупала, получается, так что…

— А я получил от вас много энергии, мадемуазель. Благодарю. Чувствую себя практически живым, — дробно рассмеялся Дмитрий Викторович.

— Что было в свитке? — перевела я взгляд на Теодора и встала с его колен.

Меня тут же неожиданно повело в сторону от слабости, и я упала бы, если бы меня не подхватил Теодор и не сел обратно, устраиваясь в прежнем положении.

— Упс, — выдохнула я.

— Вы такая красивая и гармоничная пара, — с улыбкой наклонившись ко мне, отчего от его призрачной сущности повеяло холодом, проговорил Белорезов. — Прямо душа радуется. Точнее, учитывая, что от меня одна только душа и осталась, радуюсь я, — хохотнул он.

— Да мы не… — попыталась я возразить по привычке, поудобнее устраиваясь на руках своего личного Кощея.

— В юности — ах, как давно это было — я, знаете ли, тоже интересовался всякими оккультными науками, — резко перескочил на другую тему Белорезов. — Гадания, спиритические сеансы, взволнованные барышни, свечи в канделябрах, зеленое сукно на столе. Да. Увлекательно было. Кто же мог предположить, что когда-нибудь я сам стану привидением?"

"— А вы не устали от такого существования? — покосилась я на ушедшего в себя некроманта, который хоть и держал меня, но мыслями явно был далеко. — Мортем может вам помочь обрести покой, отправить вашу душу на перерождение, если пожелаете.

— Было время, когда я с радостью принял бы это предложение. Я ведь христианин, знаете ли. Но после стольких лет… Привык уже. Хоть какая-то, но жизнь. Смотрю я на современный мир, мадемуазель Арина, и понимаю, что лучше быть призраком благородного человека, чем живым проходимцем и нищебродом. Кто знает, в кого моя душа попадет после перерождения… Нет уж, я так. Да и за домом своим приглядываю. Эти стены многое видели, теперь вот музей. А сил я нежданно-негаданно набрался от вас.

— Как знаете, — вежливо улыбнулась я. В чем-то он прав, его можно понять. Какая-никакая, а жизнь, как он выразился.

— А когда же ваша свадьба? По вам видно, что совсем скоро. Уже определились с датой? — снова завел вежливую беседу барон.

— Да мы не…

— Нет, Дмитрий Викторович, — вернулся в разговор Теодор. — Дата свадьбы не назначена. Я еще не успел просить руки Арины у ее матушки, она в отъезде.

— Чур меня! — одними губами прошептала я и невольно потянулась перекреститься при упоминании моей матушки. Остановилась лишь в последний момент, уже донеся персты до лба, так как вспомнила, что крестным знамением могу спугнуть призрака.

И в этот момент у меня совершенно неприлично заурчало в животе. Время-то позднее, ужин давно переварился, да и перенервничала я знатно.