И будет вам счастье

Мне самой придется пройти этот путь, между двумя крайностями, черным и белым, прислушиваясь к голосу интуиции и учась на собственных ошибках. У меня все получится, потому что если очень захотеть, можно открыть в себе любую сторону натуры.

И это значит, что из дома Лисовика я не уеду. Я должна здесь поселиться до тех пор, пока не найду противоядие.

– Где Изольда? – спросила я у Колтуновой.

Та оторвалась от журнала:

– Спит в своей комнате на третьем этаже.

– А Влада?

Ленка пожала плечами:

– Наверное, тоже поднялась к себе. Менты ведь запретили покидать дом.

Я подвинулась ближе к приятельнице и прошептала:

– Реакция Влады была странной…

– О чем ты?

– Все-таки отец умер, а она ни слезинки не проронила. Бывшим женам простительно, а вот дочери…

– Он ей не отец, а отчим! – отозвалась Колтунова. – Она его всю жизнь по имени-отчеству называла.

Теперь я поняла, почему Владе была до лампочки возня с наследством, которую устроила мать. При любом раскладе падчерица ничего не получит. Тем более, если есть завещание…

– Интересно, какое наследство у Лисовика? Во сколько его можно оценить?

Колтунова пренебрежительно скривилась:

– Думаю, не много, миллиона три, может, четыре.

– В какой валюте?"

"– В китайских юанях! Ты что, Лютикова, совсем от жизни отстала? Сейчас все в евро считают.

Вообще-то недалек тот день, когда весь мир перейдет на юани, я в этом глубоко убеждена. Недаром умные родители в России учат детей не только английскому, но также китайскому языку. Но я не стала открывать по этому вопросу дискуссию.

– Четыре миллиона евро – что-то маловато для олигарха…

– Ой, да какой он олигарх, – отмахнулась Ленка, – так, одно название! В «Высшей пробе» таких как собак нерезаных.

– Постой, ты же сама говорила…

Колтунова мгновенно приняла боевую стойку:

– Ну, немного преувеличила, а что, нельзя?

– И в журнале «Форбс» написано, что Лисовик занимает какое-то там место среди российских миллиардеров…

– Им-то откуда знать? Они в его кошелек смотрели? Думаю, даже Изольда не знала точно, сколько у него было денег. Ну, теперь-то узнает!

Глаза Колтуновой хищно блеснули:

– И все-таки мне непонятно. Пусть Лисовик не олигарх, но человек он явно не бедный. Почему у него нет охраны? Ведь в случае покушения он совсем беззащитен.

– Господи, да ведь он же не Чубайс,[7] чтобы все хотели его убить! Кому Лёнька мешал? У него все было схвачено, кому надо – заплачено, кто надо – платил ему. Максимум, что ему грозило, – птичка накакает на пиджак от Армани, пока он идет от машины в офис.

– А сейчас? – Я выразительно посмотрела на второй этаж. – Тоже птичка накакала?

– Простое стечение обстоятельств, – спокойно отозвалась Колтунова. – Судьба. И твои карты, между прочим, предсказывали.

Нашу беседу прервал майор Голованов.