На то и волки – 2

 — Башка с похмелья лопается, шведы были вчера… Вы не врете?

— Только у меня и забот, чтобы врать.

— Может, это издевка такая… Они…

— Делать им больше нечего, — сказал Данил, стараясь, чтобы голос звучал как можно авторитетнее и увереннее. — Сейчас сама посмотришь, как они в коридоре на карачках ползают. Можешь, если накипело, пнуть пару раз, только не увлекайся… Под замком держали?

Она закивала:

— Я и не представляю, что за улица, где я вообще…

— Город-то хоть знаешь?

— Город-то я знаю… — ее, наконец, повело от выпитого. — Приехала отдохнуть, дура, на выходные…

— И что?"

"Он внимательно слушал стандартную, в общем-то, историю: в баре познакомилась с обаятельнейшим плейбоем, воплощением европейской галантности, провела прекрасный вечер, без всяких колебаний уселась в его тачку, дабы продолжить веселье в еще более приятной обстановке. Но там, куда они прибыли, обнаружились еще несколько мужиков, уже бесконечно далеких от европейского политеса, да и кавалер на глазах переродился, даже не грянувшись оземь, подобно сказочным героям. Паспорт забрали, запугать сумели качественно, начались суровые будни на обочине жизни… Пока что здесь решительно не за что было ухватиться. Никаких Америк не открываешь: со многими смазливыми дурочками частенько именно так в Европах и случается…

— Ладно, одевайся, — сказал Данил, посчитав, что услышал достаточно. — Одежонку-то, я вижу, не отобрали…

Она вскочила с постели и, совершенно его не стесняясь, стала в темпе облачаться. Данил все же вышел в коридор — не галантности ради, взглянуть, как там обстоят дела.

Дела обстояли, как и следовало ожидать — оба Гоблина лежали на полу мордами вниз под присмотром молчаливого стража. Януш отвел Данила в сторонку:

— Ну что, едем к тому, кто этими обезьянами руководит? Нужно же забрать ее документы…

— Не спеши, — сказал Данил, усмехнувшись. — Мы к нему обязательно поедем.

Но — немного погодя. Когда эти мальчики, размазав слезы и сопли, успеют пожаловаться каждому встречному-поперечному, то бишь коллегам по нелегкому и неблагородному труду… Когда вся местная бражка узнает, что некий Черский промчался по их заведению, как пьяный орангутанг. И не ранее того.

— Дело твое. Я, конечно, помогу всем, что в моих силах, но ты, чует мое сердце, рискуешь…

— Возможно, — сказал Данил без улыбки. — Но такова уж игра. А в несерьезные игры я никогда и не играл. Бог ты мой, старина, я еще в такую игру не играл, пожалуй… с такими ставками… — Он достал пистолет, подошел и отдал его Янине.