На то и волки – 2

 — Я не далее как утром говорил по телефону с Варшавой, с Главной комендатурой, — полиция до сих пор ничего определенного сказать не в состоянии… По крайней мере, подходящих неопознанных трупов у них нет. Уж в этом-то — полная определенность.

— И то хлеб, — буркнул Данил. — Вот только трупы далеко не всегда обнаруживаются, а живые далеко не всегда могут подать о себе весточку…

— Данила Петрович, меня больше всего в этой истории одно удивляет, — сказал Максим, нервно прохаживаясь вдоль карты на пятачке шириной в пять шагов. — Я уже это обсуждал с Виктором Павловичем, с Багловским. Понимаете, эти документы совершенно бессмысленно было красть и стирать из компьютера.

Они же не пропадут от этого бесследно. У любой бумажки всегда найдется копия, второй экземпляр, третий — в налоговом ведомстве, в Торговой палате, у клиентов, партнеров, на таможне… Честное слово, практически у любой. Вот только искать их будет вовсе уж трудно…

«То-то и оно», — мысленно кивнул Данил. Даже если вдруг взять и предположить, что кто-то под вывеской фирмы улаживал свои личные криминальные бизнеса, парнишка прав: этакое исчезновение документов вовсе не означает их полного, окончательного уничтожения. Государство, например, при нужде быстренько разыщет дубликаты… но не г-н Черский! Ежели кто-то намеревался отсечь г-на Черского от части документов «Авто», то своей цели он, следует признать, добился. Поди найди тот ножичек…

Для него многое было ясно, но не все можно сказать этим двум, и он, уже мало интересуясь происходящим, ради чистого поддержания игры спросил:

— У вас никто не увольнялся с обидой? Мало ли что случается, когда обиженный решает сделать пакость… Бывали, панове, прецеденты.

— Да нет, за полгода никого вообще не увольняли, — энергично запротестовал Максим. — Наоборот, приняли трех человек, я ведь говорил, дело расширяется.

Поэтому…

В дверь деликатно просунулся Волчок, нейтральным тоном спросил:

— Данила Петрович, можно вас на минутку? Данил вышел в широкий коридор.

Волчок отошел еще дальше, к последнему окну, непроизвольно поправив кобуру разрешенного, то бишь зарегистрированного газовика. Не стоило лезть на рожон, изображая одинокого волка Мак-Коя, и потому Данил собирался отныне выходить в люди исключительно в сопровождении кого-то из боевиков. Который, кроме всего, в случае надобности сможет послужить и свидетелем, способным клятвенно заверить, к примеру, что Д. П. Черский вчера вечером не мог зарезать и ограбить одинокую старушку, так как неотлучно находился в поле зрения его, свидетеля.