Таня Гроттер и Болтливый сфинкс

– Например, немного поулепетывать от секиры – чем не поступок? – подсказала Таня.

– Секира – это частность. Мелкая заплатка глупости на пурпурном плаще моей мудрости! – сказал Ягун и тут же, не теряя времени, споткнулся о стоящий посреди комнаты рюкзак.

– О, что я вижу! Улетаем! Надолго?

– На несколько дней.

– Не могу сказать… Это не моя тайна, – сказала Таня.

Ягун равнодушно дернул плечом.

– Ну тайна так тайна! Что я могу сказать? Последнее время все в Тибидохсе такие секретные ходят, что прямо хоть из комнаты не выходи. Ненароком наступишь на чью-нибудь тайну, потом подошву не ототрешь.

– Ягун! Ты обиделся!

Играющий комментатор не стал это оспаривать.

– Слегка. Минут так на пятнадцать с хвостиком. Не заморачивайся! Если пристреливать десятилетнюю дружбу из-за всякой мелкой обидки, в пять минут останешься и без друзей, и без патронов!

Ягун решительно поднял Танин рюкзак и переставил его ближе к окну, чтобы завтра ей было удобнее вылетать.

– С таким рюкзаком и камень на шею не нужен. Поосторожнее над океаном! Или лучше прицепи его заклинанием, и пусть летит за контрабасом! – посоветовал он.

Таня пообещала. Она была рада, что Ягун перестал дуться.

– Да, кстати, мой тебе совет! Если будет возможность, заскочи к Валялкину! Я тут вздремнул после обеда полчасика и вдруг ни с того ни с сего его увидел. А я же все-таки телепат. Я пытался связаться с ним потом, но все как обычно. Некая зомбированная хмыриха пояснила, что «абонент выключен или находится вне действия магии»! – неожиданно нахмурившись, сказал внук Ягге.

– А каким ты его видел? Что он делал? Разговаривал с тобой? – жадно спросила Таня.

– Не особо. Ему было не до разговоров. Мне снилось, он увязает не то в болоте, не то в песке, а кто-то – кого я не вижу – хохочет и тянет его снизу. Но самое интересное, что Ванька не жаловался. Лицо у него во сне было такое, знаешь, упрямое.

– Его всегда от упрямства зашкаливало! – сказала Таня.

Ягуну казалось иначе.

– Не от упрямства. Он видит свой путь и идет по нему. Тебе бы гораздо меньше нравилось, если бы он был дворняжкой, бегущей за всяким прохожим, который не поленится цокнуть языком. Кстати, лови начало сна!

Ягун зажмурился, и Таня увидела Ваньку. Да, это точно был он. Угловатый, в свитере ручной вязки. Болтавшиеся длинные руки образовали с плечом острый угол. Густые волосы торчали как попало, будто Ванька приютил в них на ночь стайку взбалмошных воробьев. Память дохнула на Таню бесконечно родным и надежным.

– Ну а дальше, где его затягивало, у меня все смазалось. Не получится передать, – сказал Ягун.

– Где он? Как его найти! – нетерпеливо спросила Таня.

– Без понятия. Я скромный телепат, а не адресное бюро, – виновато ответил играющий комментатор.