Хуррит (СИ)

Глаза Ады сузились, в зрачках плясали отблески костра. Я даже услышал скрежет зубов и почувствовал, как напряглась девушка. Томительные секунды отсчитывали время гулким пульсом в моих ушах.

— Закрой глаза, — потребовала Ада.

— Русские смотрят в лицо смерти, а не прячутся от нее, — улыбнулся в ответ, мысленно попрощавшись с жизнью.

— Блядь! — не по-женски взревела Ада, спуская крючок. Четыре выстрела в землю, практически в двадцати сантиметрах от моей головы. Я даже почувствовал, как мне слегка опалило левое ухо, а комья земли оцарапали щеку. Отшвырнув пистолет в сторону, девушка заплакала, уткнувшись в колени. Приподнявшись на локте, коснулся до ее руки:

— Ада…

— Не трогай меня, мразь! — вскочив, словно дикая кошка, девушка отошла к костру, продолжая всхлипывать.

— Ада, — вновь позвал, попытавшись подняться.

— Оставь, дай ей поплакать, — Саленко мягко надавил на мои плечи, заставляя лечь, — Ей и так трудно пришлось, ты не представляешь, что здесь творилось после твоих откровений в бреду.

— Расскажи все подробно, — попросил археолога. Ада постепенно успокаивалась, подкинула немного хвороста в костер и прилегла в трех метрах, повернувшись ко мне спиной.

По мере рассказа Саленко понимал, что реакция девушки могла быть хуже.

Как только я в бреду признался, что взрыв на объекте в Килии — моих рук дело, ситуация в лагере накалилась. Данила дважды порывался убить меня — в первый раз Ада спасла меня, накрыв своим телом. Во второй раз — она стреляла под ноги брату и поклялась, что выстрелит в грудь, если тот приблизится. Все его слова и даже согласие с ним Андрия, примкнувшего к Даниле после моего откровения, девушку не убедили.

К обеду второго дня, после долгих и бесплодных попыток убедить Аду пойти с ними, Данила и Андрий ушли.

— Они забрали два автомата, котелок, почти всю веревку, фонарик, одну зажигалку и две бутылки, — горестно вздохнул Саленко, заканчивая рассказ.

— А нож тоже забрали?

— Кстати, нож мы так и не нашли, — оживился археолог, — Ведь он у тебя был. Не знаешь, куда он мог запропаститься?

— Не знаю, поищем, — у меня были предположения, где мог находиться нож, но раньше времени озвучивать не стал.

— Данила на коленях умолял Аду пойти с ним, угрожал, клялся, что если ты выживешь, все равно убьет тебя. Я даже думаю, что они недалеко ушли, может, просто выжидают, чтобы убедиться в твоей кончине и снова воссоединиться. У нас осталась канистра, метров тридцать веревки, пистолет, одна бутылка с водой и один автомат. Его я спрятал под шумок, Данила злился, но так и не смог его найти.

— Патронов сколько?

На мой вопрос археолог пожал плечами:

— Не знаю, не смотрел.