Хуррит (СИ)

Пристроившись сзади, я смог пару раз оттолкнуться от дна, прежде чем дно стало недосягаемым. Выходя ближе к середине реки, плот пошел чуть быстрее. На какое-то время воцарилось молчание — все глазели на берега, мимо которых проплывали. Потом образовались две пары — Андрий и Данила, смеясь, вспоминали случаи с работы, переходя на украинский язык. А Саленко подсел к Аде — его негромкий говор доносил до меня лишь обрывки фраз. Радовало одно — девушка не проявляла к нему интереса от слова совсем. В какой-то момент Ада даже раздраженно ответила на очередные слова археолога, поспешившего оставить девушку в покое.

— Арт, отдохни, я порулю, — Саленко, немного обескураженный реакцией девушки, пробрался ко мне.

— Не устал, пока река петляет, лучше сам буду править, — плот относило к берегу при очередном повороте реки. Здесь тоже была отмель, мы прошли совсем рядом с ней, и я впервые увидел разрытый копытами животных берег.

— Место водопоя, — отреагировал Саленко на множественные следы. Странно, едва ли это место находилось далее, чем в паре километров от нашей стоянки, но мы не слышали мычанья, блеянья или иных звуков. С плота трудно было разобрать, свежие или старые следы на берегу, но весь пологий спуск к воде был изрыт копытами.

— Буйволы или быки могли так сильно перепахать землю, — археолог бросил взгляд в сторону Ады и продолжил, повышая голос:

— Вероятно, на этом берегу самцы сражались за самку, гон у многих животных затягивается до самого лета.

Не получив ответа на свои слова, Саленко не успокоился, продолжая тему сексуальных игр животных. К чести для него, познания были обширные — даже Данила и Андрий прекратили разговор, внимательно слушая оратора на плоту. А вот Ада, наоборот, взяв хворостинку, переместилась ближе к краю плота, периодически шлепая ею по воде.

Атаку чудовищного по размерам сома мы проморгали все: усатая пасть шириной в полметра высунулась из воды, хватая хворостинку в руках девушки. От неожиданности Ада вскрикнула и попыталась вскочить на ноги: уходя в воду, сом ударился о край плота. Удар был несильный, но этого хватило, чтобы девушка, поднимавшаяся на ноги, полетела в воду.

— Держи, — сунув шест-руль в руки опешившего археолога, нырнул рыбкой. За секунду, что прошла между падением Ады и моим нырком, течение отнесло плот чуть ниже. Во время нырка я наткнулся на тело девушки, отчаянно барахтавшейся в воде. Видимость в воде была отличная — ухватив ее за руку, потянул наверх.

Когда, вынырнув, осмотрелись, плот был в паре метров ниже по течению.

— Плавать умеешь?

— Умею, — пролепетала Ада, еще не до конца придя в себя. На плоту взад-вперед метался Саленко, оба других украинца абсолютно спокойно взирали на нас.