Хулиганка для Маньяка

Шли, ржали, размышляли на тему вечного:

– Представляешь, что было бы, если бы мы жили где-нибудь в Мексике? Там крапивы нет, только кактусы. И стала бы Андрюшкина жопа похожа на подушечку для иголок.

– Ладно хоть шерсти на ней предостаточно, а то бы вообще тяжко было.

– Кстати, Крапивин получил по жопе крапивой. По-моему, символично…

– Да заткнитесь вы! – устало огрызнулся я.

Друзья у меня просто непробиваемые, поэтому мое ворчание осталось неуслышанным и до бара я шел под градом плоских шуток, периодически испытывая делание придушить то одного, то другого.

Впрочем, через полчаса, когда красивая, игривая официантка, принесла заказ и мы дружно накатили хорошего коньячка, меня отпустило, и я ржал, как чокнутый, вспоминая свое приключение и эту маленькую злобную фурию. Ладно, признаюсь, это было смешно, хоть и глупо.

Чуть позже мне звонит Матвей:

– Что не отвечаешь? Дебоширишь что ли?

– Дебоширю.

– По какому поводу? – брат иногда любит докопаться на ровном месте.

– По поводу взятия олимпийского рекорда в беге с препятствиями и прыжкам в высоту.

– Ничего не понятно, но очень интересно, – хмыкнул он, – ты главное не забудь, что к тебе завтра Верочка придет.

Ах да…Верочка.

Брат внезапно решил переквалифицироваться из бабника в семьянина и обзавелся невестой. Некой Верочкой, которая, по его словам, просто золото. И умненькая, и скромненькая, и вообще божий одуванчик с большими грустными глазами.

И вот приспичило ему устроить свою ненаглядную к нам в бюро, а я, как большой босс, должен был провести формальное собеседование и принять ее на работу, своей помощницей. Так себе развлечение. Я уже представляю, как эта умненькая и скромненькая будет сидеть напротив меня и старательно хлопать глазами. Но брата обижать не хочется. Он меня всегда во всем выручает, стоит только попросить, так что потерплю, пообщаюсь с его скучной Верочкой.

– Во сколько она припрется?

– К десяти.

Черт, я хотел напиться, забыться, и приползти на работу, часиков так в двенадцать. Теперь придется вставать рано. И все из-за какого-то Верунделя.

Она уже заочно мне не нравится!

– Не проспи! – Матвей будто мои мысли прочитал, – к десяти чтоб как штык был!

– Буду, – проворчал я и отключился.

Ладно, это все будет завтра, а сегодня гуляем.

* * *…Утро настигло меня внезапно. Вроде только развлекаться начал, а тут хоп – и уже будильник. Я полежал еще немного, погундел относительно того, что в мире нет никакой справедливости, но потом все-таки встал. Отжался тридцать раз, поприседал, постоял в планке и поперся в душ, смывать с себя утреннее похмелье.

Оно не смывалось. В голове каша из обрывков вчерашнего вечера, музыки и чьих-то поцелуев, во рту – насрано. Морда опухшая, как у форменного забулдыги. Красавец.