Хулиган. Его тихоня

И обнаружила, что еда здесь, несомненно, потрясающая.

Леша уже почти доел свой бургер, когда я снова попыталась заговорить, нарушая самое первое правило — ""Не начинать разговор первой"".

— Не могу поверить, что я никогда не была здесь, — сказала я ему и уловила опасение в собственном голосе. Я прочистила горло и продолжила: — Здесь очень вкусно.

Он перевел взгляд на меня, а потом сказал:

— Не так вкусно, как готовишь ты.

Напряжение покинуло мои плечи и я забыла о страхе, когда мои губы изогнулись в широкой ухмылке.

— Правда? — спросила я, все еще сияя от его комплимента.

— Да.

— Тогда я сделаю для тебя еще один сэндвич в понедельник, — пообещала я и его губы дрогнули в полуулыбке. — Надеюсь, тебе понравится."

"— Мне понравится все, что ты приготовишь, — Леша принялся за пиццу и я ненадолго отвлеклась на его аппетит. Одним только бургером можно было накормить двух человек, но Орлову, видимо, было мало. — Ты живешь одна?

Я несколько раз моргнула от неожиданной смены темы.

— Нет. Я живу с родителями. Обычно они заняты на работе и не бывают дома раньше позднего вечера. А сейчас их и вовсе нет дома из-за командировки.

Я хотела спросить его о том же, но боялась, что он снова замкнется в себе.

— Ты ведь переехала сюда ради поступления?

— И да, и нет. Компания отправила моих родителей сюда для выполнения проекта, поэтому мы и переехали. Хотя и до этого известия я присматривалась в этому университету.

— Это, наверное, неприятно? — спросил он, слегка наклонившись ко мне. — Переезжать в другой город, оставляя всех своих друзей?

— Да, — призналась я тоненьким голоском. — Было очень неприятно. Но у меня, можно сказать, не было выбора. А что насчет тебя? Ты жил здесь всю свою жизнь?

Его губы вновь сжались в тонкую линию, и я тут же поспешила сменить тему:

— Ты любишь пасту? Я готовлю просто убийственную пасту. Тебе стоит попробовать.

— Попробую, если ты ее приготовишь, — ответил он, смотря на меня изучающим взглядом.

Я еще раз улыбнулась ему, прежде чем продолжить есть. В итоге, между нами установилось комфортное молчание.

Время от времени он задавал мне вопросы о себе, а я отвечала на них. В ответ я спрашивала, какие блюда он любит, чтобы приготовить их. И выяснила, что он не привередлив, лишь бы было мясо.

Мне нравилось, что его глаза всегда были прикованы ко мне и не отвлекались на симпатичных официанток, которые постоянно мелькали возле нашего столика, пытаясь привлечь его внимание. Мне нравилось, что его, казалось, интересовало каждое слово, вылетавшее из моих уст, как будто оно имело какое-то невероятное значение. И мне нравилось, как непринужденно я себя с ним чувствовала, совершенно забыв о том, что когда-то боялась его до смерти.