Мой худший друг

– Мам, пап, мы поехали! – орет, как только залетает в гостиную, где Татка с моей матерью о чем-то оживленно болтают.

– Катя, – Тата поворачивает голову. Улыбается. – Ты снова в Тимкиных вещах? А ты! – переводит взгляд на меня. – Не давай ей больше денег. Представляешь, Алён, Катя у нас нового спонсора нашла в лице Тимоши. Я ей…

– Так, мы пошли, – дергаю Токман за руку и тащу за собой на улицу.

Катрин на ходу натягивает куртку и целует меня в щеку.

– Сумка просто вау! Спасибо.

– Садись уже, вау. Забей, куда ехать, – киваю на консоль и вывожу машину со двора.

– Есть, мой капитан! – щелкает по дисплею. – Так, нам нужно разработать план по твоему завоеванию Аринки. Иначе через недельку ты, мой дорогой, лопнешь от ревности.

– Не лезь, а?!

– Кто тебе еще поможет, если не я?

– Ты сама с ней замирись для начала.

– Помирюсь, – дует губы. – Но! Если бы не ты, мы б и не ругались.

– Угу.

– А, там машина, сбавь ты скорость.

– Не ссы, сеструля.

Перестраиваюсь и вжимаю педаль в пол. Катька взвизгивает, а потом заливается хохотом.

В локацию мы приезжаем последними. Громова уже там. Увидев нас, сразу отворачивается. Катька пихает меня локтем в бок. Морщится.

Ну простите. Накосячил. В курсе.

Бегло осматриваю искусственно созданное лобби в стиле фешенебельного американского отеля двадцатых годов.

Анькин отец никогда не разменивается по мелочам. Половина не клубных развлечений Москвы принадлежит ему. Оригинальностью, конечно, не пахнет. Все свои гениальные идеи он тащит из Европы или Америки. Немного крутит, адаптирует, и вуаля.

– Так, вроде все, – звенит Лапина и взмахивает рукой, – пошлите, – толкает массивные двустворчатые двери, за которыми скрывается зал приотельного ресторана.

Масштабы заварушки впечатляют. Лапин в этот раз превзошел сам себя.

Непринужденно играющий джаз, преобладающее лакированное дерево в интерьере. Диваны с красной обивкой, шныряющие с подносами официантки. Массовки не пожалели.

Как только двери за нами закрываются, свет сразу же начинает раздражающе мигать.

Катька на инстинктах вцепляется в мою руку.

Джаз стихает. Теперь из колонок идет тихое шипение, сменяющееся низким, почти шепчущим голосом. Почти АСМР, только с привкусом хоррора.

Пока маньячный голос диктует правила игры, неотрывно пялюсь Громовой в затылок. Она несколько раз поправляет волосы. Знаю, что чувствует мой взгляд. Чувствует, но вида не подает. Конечно, мы же такие гордые.

Оттесняю Катьку к Дану, практически передавая из рук в руки. Сам продвигаюсь ближе к Арине.

Смысл всего этого сатанинского бала в том, чтобы найти шесть ключей, чтобы дверь, через которую нас сюда запустили, открылась. На поиски дают полтора часа.

Нас всего восемь. Мы отлично бьемся на пары.

– Давайте разделимся, – предлагает Анька.